Пересвет через гору перелетел от удара одного, врубаясь в толпу. Дарья бахнула в гигантов вихрем мощным, те отшатнулись только, пусть и мелочёвка разлетелась.

Затаив дыхание поливаю Розу, а вернее поле над ней. И вода проходит через него!! Светляки разлетаются все прочь! Трещит земля, Лес снова беспокоится. Поле с Розы опадает! Откидываю черпак, хватаю её. Ахает в груди тут же. В пальцы впиваются шипы до острой и пронзительной боли, будто пчела укусила.

Второй рукой беру, зажимая первую уже онемевшую. Над башкой мечи свистят, Пересвет топором из последних сил отбивается. Уже скелеты на нём висят. Дарью с другой стороны уже накрыло, визжит, да бахает мощно, в воздух подлетает скелетов сорок!

С рёвом звериным тяну, жилы трещат! Уже нависают надо мной три гиганта, готовые порвать. Затрещали корни, пошло дело, пошло родненькое!! Рванул, уже обеих кистей не чувствуя. На морально–волевых.

И полетел вместе с Розой с горки! Да прямо в груду костей, которые ещё секунду назад стояли воинами. Схлынул шум боя тут же. Посыпались косточки по всему полю. Визг в уши Дарьин врезался, да рёв витязя воинственный. В общем, дуэт неплохой вышел.

Лежу на костях, слышу, как Пересвет Дарью из–под груды раскапывает.

— Цела сестрица? — Спрашивает деловито.

— Ну что, подрался, осёл? — Огрызается магичка. — Ярик где⁈ Ярик!!

На корень Розы смотрю. В земле весь. И в крови моей. Она по стеблю до корня и стекла. Только так и вышло вырвать. В кисти возвращается чувствительность, а в ноги сила. Приподнимаюсь, потому что эти уже вдвоём орут, меня зазывая. Потеряли.

— Получилось! — Кричит Дарья, и бежит ко мне, хромая. А затем прямо по костям да доспехам на четвереньках продирается. Вся потрёпанная, нагрудник изодран так, что лоскутами висит.

Пересвет тем временем топором останки разгребает, чтоб самому пройти. Морда квадратная вся исцарапана, в дырах кольчуги пальцы скелетные висят, а этому хоть бы что.

Выбрались с поля до арки. Снова почва затрещала мощно! У меня аж сердце упало. Но обернувшись, я увидел, как земля, будто жижа болотная, кости да прочее от воинов в себя впитывает.

Вышли к руинам. Уже полудохлые.

Розу держу, из руки ни на мгновение не выпускаю. А у соратников глаза горят.

Сполоснул корень в лужице от земли. И над головой последние остатки давления схлынули. По периметру голубой рой светлячков пронёсся, бахнул взрывом бесшумным и растворился. За ним ещё один выскочил, и ещё! А следом всё вокруг нас заполонило точками, словно мы в центр Галактики попали.

Наблюдая чудо–картину, мы дышать перестали. Дарья глазища вытаращила на пол лица, у Пересвета квадратная рожа вытянулась до прямоугольной. Что успели, увидели, ибо всё быстро истончилось и превратилось в яркое воспоминание.