Вместо этого я подошла к мужчине и принялась осторожно расстегивать его рубашку, пуговичку за пуговичкой. Их осталось не так много. После чего выдернула ее из штанов и стащила с плеч, бросая куда-то себе за спину.

За брюки браться не решилась. Да и не до этого было.

Мое внимание привлек изогнутый шрам у самого сердца мужчины. Зарубцевавшийся, страшный.

Как после такого можно выжить?

— Что это? — прошептала едва слышно, касаясь его подушечками пальцев, обводя по контору."

"При мысли, что я могла потерять Сета, сердце буквально ухнуло вниз.

— Подарок от сангира, напоследок.

— Но… он же старый.

— Магия, — просто ответил Валкот и обнял меня за плечи. — Зачем ты пришла?

— А ты не догадываешься?

— Догадываюсь. Вопрос задал неправильно. Зачем, Одетт? Хочешь пожалеть и расстаться красиво?

В голосе нет гнева, злости и любопытства.

Просто грусть, от которой на сердце становится лишь тяжелее.

— Хочу быть с тобой.

— Тогда зачем убегаешь?

Зажмурилась.

— Потому что не могу иначе, — произнесла едва слышно. — Не могу остаться здесь, не могу быть с тобой. Не умею быть другой.

— А кто тебя просит быть другой?

— Ты разочаруешься. Мы оба разочаруемся. Возненавидим друг друга.

— Ты не можешь знать.

— Могу. — Я упрямо тряхнула головой. — Я себя знаю. Я закомплексованная, невыносимая, грубая, своенравная…

— Любимая, — перебил Алисет, прижимаясь лбом к моему лбу. — Самая лучшая, честная, открытая и настоящая… Я живу с тобой, живу тобой… и не могу представить свою жизнь без тебя. Одетт… маленькая моя… девочка.

Ладони заскользили по спине, все теснее прижимая к его телу. Губы покрывали мелкими поцелуями мое лицо между короткими рваными фразами.

Я сама потянулась навстречу, ловя его губы, целуя, погружаясь в мужчину, которого так и не смогла разлюбить за эти годы.

Сет ловко подхватил меня на руки и без лишних слов понес к кровати, укладывая на мягкую перину.

— Я все равно не отпущу тебя, — произнес, склоняясь надо мной. — С этой ночью или без нее, ты моя. Была, есть и будешь.

— Молчи. — Я прижала пальчик к его губам. — Прошу молчи, ни слова больше. Не надо. Не говори ничего. Дай мне почувствовать тебя. Дай почувствовать себя любимой.

Тревожно. Но не страшно. Именно тревожно.

Шесть лет прошло с той единственной ночи, которая не принесла мне ничего кроме боли и унижения. Я не знала, что такое любовь и боялась, что никогда не узнаю. Что Великие накажут, не дадут почувствовать себя другой…

Я зажмурилась и затаила дыхание, сложив руки вдоль тела и сжав кулаки. А Сет все не спешил, замер надо мной, изучая, но не касаясь.

— Ты боишься? — прошептал мужчина, убирая локон с лица и заправляя за ушко. После пальцы обрисовали абрис лица, мягко, но требовательно касаясь кожи.

— Немного.