Коты терлись об ноги, а я молча застыла.

— Ну, когда ты потерял память, была парой. Но сейчас ты ведь явно выше её на голову. Да что там на голову, на сто пятьдесят голов, — с усмешкой сказала Лера. В душе больно кольнуло.

Когда Андрей пришел в себя, он ничего не помнил. Я не знала, что делать дальше. Выгнать его не могла, так как винила себя, но и что делать со взрослым мужчиной без памяти, не имела ни малейшего представления.

Андрей был странным, всего боялся — машин, телевизора, микроволновки.

Должно быть, я сильно его сшибла. И эти врачи! Они ничем не помогли!

Нужно было восстановить документы, но это занимает очень много времени, если человек не помнит, какая у него фамилия и где он прописан.

В полиции мне тоже ничем не помогли. В розыск его не подавали.

— Но не может же человек потеряться, а его никто не искать! — возмутилась я.

— Определите вы его в бомжовник, — добродушно посоветовал полицейский. — Там таких потерянных Андреев…

Но я так поступить не могла. Да и за несколько дней я искренне начала привязываться к странному блондину.

Однажды ночью проснулась от грозы. Встала и пошла на кухню, где столкнулась с Андреем, он молча стоял и смотрел в окно.

— Ты тоже боишься? — удивилась я тому, что он проснулся.

— Это мне что-то напоминает, — тихо сказал он, а в голосе было столько тоски, — но я не могу вспомнить, что именно. Я пытаюсь, но не могу. Мне кажется, всё должно быть по-другому.

Он внимательно всмотрелся в мои глаза.

— Я обуза для тебя, верно?

Я так и застыла, никак не ожидала такого разговора. В этот момент заметила тарелки, которые были вымыты, и рядом кошачий лоток, из которого в мусорное ведро был высыпан старый наполнитель.

Так вот почему ты встал. Ты не испугался, нет, ты убирался.

— Ты не обуза…

— Но от меня никакого толка, — с болью сказал он. — Я чувствую, что всё неправильно, Наташа.

Громыхнула гроза, я обхватила себя руками и закрыла глаза.

— Ты боишься…

— С тех пор как умерла мама, — призналась я, чувствуя, как меня потряхивает от эмоций. — С тех пор как её не оказалось рядом. Я всегда боюсь… Её не стало, когда была гроза…

Неожиданно почувствовала, как крепкие руки прижимают меня к теплому телу. Это было странно, логичнее было бы оттолкнуться, но вместо этого притянулась.

— Всё хорошо, она сейчас закончится, — сказал он. Об ноги начала тереться Агата.

— Всё хорошо, малышка, всё хорошо, — сказала я, оторвалась от Андрея и взяла трясущимися руками кошку. А на удивлённый взгляд ответила: — Она тоже боится грозы.

— Ты всегда думаешь о других больше, чем о себе, — тихо сказал он.

В ту ночь мы стали ближе. Это была первая ночь, когда мы проговорили до рассвета. Гроза закончилась, но я еще долго не могла уснуть, а Андрей не спешил меня покидать.