Веревки, паддлы, шлепалки там всякие – это будет потрясающе смотреться в твоих ладонях. – Она копалась в папке среди каких-то листков, хмурилась, выискивая что-то конкретное. – И сделать освещение такое в стиле нуар. Я попрошу Федю, он мог бы помочь его настроить, чтобы мы могли делать такие ролики. А, и он сказал, что пришлет тебе снимки с фотосессии, которые были отобраны для баннеров, чтобы ты утвердил. О, нашла.

Ника выпрямилась, держа в руках листок, но, как только посмотрела на стоящий на углу чемодан, нахмурилась.

– Что это? – спросила севшим голосом. Она так и продолжала держать этот листок с набросками перед собой. – Клим, это чей чемодан?

– Твой, – ответил я настолько холодно, насколько был способен в этой ситуации.

Ника недоверчиво криво улыбнулась.

– Боюсь, я не совсем понимаю. У меня не было чемодана.

– Я забрал твои вещи из квартиры Димы.

– Оу, – произнесла она. – Спасибо, полагаю. Но вещей было больше.

– Это все, что там осталось.

– В смысле?

– В том смысле, что твой бывший парень свинтил, прихватив, похоже, часть твоих вещей.

– Ну скотина, – прорычала Ника. – Ладно, куплю себе новые.

Ее настроение снова взлетело, и она потрясла в воздухе листком.

– Так вот, концепция такая. Ты слушаешь меня, Клим?

– Я снял тебе квартиру, – внезапно выдал я, решив не растягивать агонию.

На лице Ники снова появилась такая же растерянная улыбка. Она все еще не понимала или не хотела верить в то, что я произнес.

– Квартиру? – я кивнул. – Мне?

– Да.

– Зачем? – тише спросила она. Я видел по изменениям в выражении ее лица, что она наконец начала полноценно осознавать ситуацию.

– Наша договоренность окончена. Твой бывший – или будущий, решать тебе – парень свободен. Правда, не знаю, где он, но, думаю, ты и сама сможешь это выяснить при необходимости. Мы договорились, что, как только выйдет срок, ты без лишних истерик уйдешь. Я решил, что раз подонок так поступил с твоими вещами, в его квартиру ты вряд ли вернешься, особенно учитывая, что через два дня там заканчивается срок аренды. Поэтому я снял тебе новую, и оплатил уже три месяца проживания.

Ника опустила руки, но продолжала сжимать края листа.

– Но прошло уже больше установленного срока, – сипло отозвалась она.

– Да, мы немного заигрались.

– Заигрались? – выдавила из себя Ника, а мне хотелось закричать, чтобы она перестала делать это с моими внутренностями. Что от такого взгляда и налитых слезами глаз у меня внутри все горит. – То есть… это была игра для тебя.

– Для нас, – поправил я ее отчего-то севшим голосом. Давай, Клим, ты можешь сделать это. – Алана также собрала в этот чемодан все вещи отсюда, так что я прямо сейчас могу отвезти тебя в новую квартиру.

– Алана, – повторила она, словно не верила услышанному.