— Пока нет, но уже нахожусь на пути к обретению внутреннего мира, — его нагруженные с непривычки мышцы наливались приятной тяжестью и теплом.

— Я вот все хотел спросить, почему ты не пользуешься интеркомом, а всякий раз общаешься с секретаршей через дверь?

— Он так орет, — Тимур поморщился, хотя собеседник и не мог увидеть его невербальную реакцию.

— А почему не уберешь нахрен?

— Так вроде по статусу положено.

— На «положено» с прибором наложено. Секретарша твоя вот тоже не любит, как он орет, а потому выход на динамик перецепила на наушники. Наверное, с регулятором громкости. А чтобы тебе не приходилось утруждаться кнопочку нажимать, она ее изнутри заблокировала во включенном состоянии.

— Б…дь, не офис, а кружок технического творчества! И что, никто не видел, как она в наушниках ушки греет?!

— Тимур, ну я видел ее в наушниках, и не раз. Так даже похвалил в душЕ девицу, что она посетителей своим Биланом не угнетает. А если человеку под музыку лучше работается, так это же не повод для наказания.

— Анатомирование крысы будем производить с утра?

— Тимур Александрович, любезный, любопытство — еще не повод для судебного разбирательства. Нам нужны твердые доказательства промышленного шпионажа из корыстной заинтересованности, тогда можно рассчитывать на срок от трех до пяти. Хотя могут и штраф впаять. До размера годовой зарплаты.

— Ну так, пилите, Шура, пилите!

— А то сам бы я не догадался!

— Но ведь не догадался же.

— Не надо мне больную мозоль оттаптывать. Всё, я тебе доложился, отбой.

— Отбой.

Тимур посмотрел в окно. Темнота уже приняла зимний город в свои гостеприимные объятия.

Он быстро оделся, купил тортик и поехал к Коте. Повод, как-никак!

Оказалось — никак.

Екатерина Андреевна нынче вечером не осчастливила посещением свою квартиру. А на телефонный звонок ответила смс-кой «Рабочий день уже закончился».

«Мы узнали, как Люся это делала», — выложил Тимур свой козырный туз. Все же любопытство сгубило не одну кошку.

Увы, в этом раскладе его козырный туз не сыграл. Котя не ответила ни на смс-ку, ни на последующий звонок.

Два последующих дня служба безопасности рыла землю вокруг Людмилы, но ни следов денег, ни контактов с конкурентами обнаружить не удавалось.

А в пятницу с утра Люся явилась с заявлением на увольнение и роскошным фингалом под глазом, частично скрытым «штукатуркой» и затемненными очками.

— Что это ты вдруг решила нас бросить? — доброжелательно поинтересовался Тимур.

— Тимур Александрович, давайте обойдемся без этого. Я уже убедилась в том, что вы превосходный актер. Вы в курсе, так что я не вижу смысла оставаться здесь. Да и в городе в принципе, — она машинально коснулась синяка.

Тимур нажал циферку быстрого набора на сотовом:

— Жень, у нас тут… ривелэйшн намечается.