Не хочешь тряхнуть стариной?

Может, Тим и хотел чем-нибудь тряхнуть, но влезать в новое дело, в котором он ничего не смыслил, а именно создание и управление СПА-салонами, не хотелось.

Да и не мужское это дело.

— Не бойся, я найду тебе хорошего спеца на раскрутку, — успокоил Сам. nbsp;И в душе Тимура потянуло холодком.

Тяжелков сообщил, что нашел нужного человека, еще перед поездкой на семинар. И сегодня должно было состояться представление. Тимур заказал сауну и пиво, и был готов к встрече.

Но оказалось, что к встрече он был не готов.

Когда в кабинет вместе с СамСамычем вошла девица, Тимур матернулся про себя. Девица была воплощением серого офисного кошма… тьфу, дресс-кода: полуоблегающий пиджачок, белая водолазочка, юбочка до колен, туфельки на среднем каблуке, безупречно-безликая прическа. Образу Эталонной Офисной Крысы не хватает только очков в роговой оправе, успел подумать Тимур, прежде чем поймал взгляд льдисто-голубых глаз.

Для полноты мизансцены в кабинет ворвался змей Женька, вопя с прохода:

— Я ее нашел, с тебя пузырь!

— А вот и начальник службы безопасности, — обрадовался Сам. — Евгений Петрович, Тимур Александрович, прошу любить и жаловать — наш маркетолог, — змей Женька, симпатичный блондин с несмываемой печатью бабника на лице, скользнул взглядом по даме, и вернул внимание приятелю, — Екатерина Андреевна Кошкина, — закончил Шеф.

А вот на этих словах Женька повернулся к представляемой и тщательно изучил ее сначала снизу вверх, а потом сверху вниз."

"Тимуру от такой несправедливости судьбы захотелось прикрыть голову руками и уткнуться лицом в стол.

— Очень приятно, — ответил Змей и, не отводя взгляда, потянулся к дамской ручке.

Сердце Тима рухнуло куда-то в область желудка.

Екатерина Андреевна улыбнулась блондину безбашенной Котиной улыбкой, засветившись обаянием как новогодняя елка. В этот момент даже ее дресс-код показался Тимуру вполне женственным.

На лице Змея мелькнуло удивление, которое сменил Тот Самый Взгляд. Чтоб у тебя, у кобеля, как-нибудь в самый неподходящий момент презервативы кончились, пожелал тому в сердцах исполнительный директор, и неведомая волна подняла его с кресла и вынесла к входной двери.

— …Тимур Александрович, про которого я вам, Катенька, так много рассказывал, — пробилось сквозь задурманенное сознание Тимура, и он вмиг протрезвел.

А вот эта фраза объясняла всё: и интригующее знакомство, и один рейс, и общий отель на двоих. Обида, разочарование и злость на себя обрушились на него лавиной. Но многолетняя привычка держать себя в руках дала о себе знать, и Катю он поприветствовал нейтральным кивком.

СамСамыч разливался соловьем, рассказывая о перспективах грядущего проекта, но все мысли Тимура были только о том, каким же он был идиотом.