Зачем им убивать овечку, с которой они в ближайшее время намерены снимать по две шкуры в год? Рубертуны? Но у них совсем другая задача – помешать свадьбе. А сделать это проще другим способом, чем убийством. Может, в роще прятался какой-нибудь беглый преступник? Но зачем ему стрелять в девушку, когда рядом носятся два здоровенных оболтуса?

– Леди, – окликнул он, и она обернулась с такой радостной готовностью, что Морису стало стыдно до малиновых ушей. Она думает, что он герой-спаситель, а он только и смог, что прогнать двух мальчишек, показав им издали саблю, а потом залезть дочери покойного друга под юбку…

Но это было наваждение какое-то…

– Леди, – Морис старался говорить спокойно, но будешь тут спокойным, если в голове только вертится, что картины стройных ножек, алых губ и… и всего прочего, что ему удалось сегодня увидеть.

– Вы – единственная наследница графа Сегюра?

– Да, – ответила она с удивлением. – А почему вы спрашиваете?

– Просто собираю сведения, – буркнул он. – То есть нет никаких дядюшек, тётушек, внебрачных сыновей… – он замолчал, потому что леди посмотрела на него с таким печальным укором, что язык онемел сам собой.

– Мой отец был верен моей матери даже после её смерти, – сказала она и отбросила прядку, которую ветер постоянно забрасывал ей в лицо.

Этот извечный женский жест опять взволновал Мориса, откликнувшись во всём теле, как на любовный призыв. Он поспешно отвёл глаза, принявшись пересчитывать башни на стенах замка, а леди Маргарет продолжала:

– Никто не станет убивать меня ради наследства, если вы об этом, – сказала она немного грустно. – В случае моей смерти Сегюр отойдёт короне, земли и хозяйство будут опечатаны, и лордом здесь будет сам король.

Он или подарит графство какому-нибудь верному безземельному рыцарю, либо назначит наместника с сохранением всех доходов в пользу казны. И вряд ли наместниками будут Дофо или Рубертуны, пусть даже они лично отправятся просить короля об этом. Скорее всего, пришлют кого-нибудь из столицы, и он точно не позволит, чтобы на королевских землях пасли чужой скот. Но даже если повезёт договориться или подкупить, это будет нескоро. Зачем столько усилий, если можно получить мои земли гораздо проще и быстрее?

– Возможно, – нехотя согласился Морис.

Резон в её словах был, но кто поручится, что деревенские оболтусы думают так же рассудительно? Или надеются, что пока суд да дело, смогут тайком пасти на лугах своих кобыл или овец.

Едва они с леди вошли в ворота замка, к ним (вернее, к леди) бросились та самая служанка, что сообщила Морису о побеге на Фиалковую низину, и кормилица Пруденс. Они с ахами и охами закружились вокруг леди Маргарет, подхватив её под локти и уводя под своды замка.