Приехал?! Значит, Морис… то есть сэр Мюфла приехал, а мне никто не доложил?!

Только что я волновалась, переживала, испытывала даже угрызения совести, что из-за меня рыцарь мог попасть в беду, но теперь всё пропало – как рукой снялось. Я тут переживаю, а он!..

Развернувшись, я помчалась обратно в замок. Взлетела по лестнице, пробежала в северное крыло, где поселили моего «опекуна», и поняла, что не ошиблась – дверь в его комнату была закрыта неплотно, и через щёлку лился свет.

Забыв постучать, я ворвалась в комнату, готовая жечь и убивать, почище Рубертунов.

Конечно же, сэр Мюфла был здесь!

Появился, голубчик! Не запылился даже!

Стоял себе у стола, на котором горела свечка, в одной рубашке и без штанов. Но после его купания отсутствие штанов меня совсем не смутило.

– Вы где были? – начала я угрожающе. – Вы что себе… – и замолчала, потому что хотя сэр Баран торопливо опустил край рубашки, закрывая пах, я успела заметить кое-что необычное.

– Ночь на дворе, если вы не заметили, леди, – сообщил мне сэр Мюфла потрясающую «новость».

– Не переживайте, я это заметила, – сказала я, подходя ближе. – А что это у вас?

– Где? – спросил он с поистине бараньей тупостью.

– Там! – огрызнулась я и потянула край его рубашки вверх. – Ну-ка, покажите.

– Да вы спятили, леди? – он так стыдливо тянул рубашку вниз, что это просто умиляло.

Как будто некоторые не щеголяли совсем недавно голышом, плескаясь в реке.

– У вас рана на ляжке, – сказала я холодно, решив прибегнуть к убеждению словом, потому что силой победить в перетягивании рубашки не могла. – Вы ранены? Рубертуны вас ранили?

– Ваши добрые соседи ни при чём, – проворчал он, отворачиваясь к столу. – Это старая рана. Идите уже спатькать, не мешайте отдыхать.

Но сейчас мне точно было не до «спатьканья».

– Так вот почему вы так странно шли тогда на лугу, – вспомнила я. – И прихрамывали. Я ведь это сразу заметила.

– Вы наблюдательная, – с издевкой похвалил он меня. – Идите…

– Надо позвать лекаря, – перебила я его. – У вас опухоль.

– Не надо никого звать, – как-то вяло отмахнулся он. – Меня лечил королевский врач, всё уже зажило.

– Королевский врач? – переспросила я. – Ну-ка, дайте взглянуть.

– Угу, сейчас, – пробормотал он.

– Ой, да вы продемонстрировали мне всё своё богатство ещё на реке, – я толкнула его в плечо, к креслу, и сэр Мюфла шлёпнулся в него, двигаясь как-то странно и неуклюже. – Так что ничего нового я не увижу. Прикройте свои… эти самые, если стесняетесь. А меня интересует только ваша нога.

Я отбросила его руку, когда он попытался сопротивляться, и приподняла рубашку, открывая старый шрам на передней стороне бедра – кривой, похожий на крест. Кожа тут натянулась и покраснела. Нехорошо. Очень нехорошо.