Существовал лишь этот миг единения, когда наше дыхание смешивалось и сплетались в жаркой схватке языки, делая нас единым целым.

Даже не представляла, что такое возможно. В голове шумело так, что его слова доносились словно издалека.

– Ты выйдешь за меня?

– Да-а-а, – в очередной раз выдохнула я, и он поймал губами мой ответ."

"Нежно коснулся, даря легкие поцелуи сначала в один уголок губ, а потом прокладывая дорожку к другому. Несмотря на все, что было, эти невинные прикосновения казались безумно интимными. Я медленно открыла глаза, наталкиваясь на внимательный сапфировый взгляд.

И поняла, что не чувствую своего тела, только ловлю себя на том, что крепко сжимаю плечи императора, прильнув к нему. Мы стоим непозволительно близко. Хотя после случившегося отсутствие дистанции между нами – это такая мелочь…

Я моргнула, стараясь прогнать негу, патокой заполнившую мое тело. Нужно срочно прийти в себя, взять в руки. Или перестать его держать для начала! Попыталась вернуть себе контроль над пальцами, которые словно самовольно вцепились в его камзол, не желая отпускать.

Возвращение в реальность накатывало волнами. Не могу поверить в то, что он меня поцеловал. Император!!!

Стоп, а что он спросил у меня только что? «Выйдешь за меня?!»

Я?! Это же невозможно! А от моего предательского «Да» вспыхнули щеки. Он ведь это несерьезно?

Я потрясенно, немного испуганно и в то же время пытливо старалась найти ответ в его глазах. А его величество с серьезным видом наблюдал за моей реакцией, явно подмечая все стадии моего отрезвления и больше не делая попытки свести с ума своими прикосновениями.

– Зачем? – спросила, не удержавшись.

– Хотел вам показать, насколько опасными могут быть поцелуи. Можно опрометчиво считать, что от одного ничего страшного не будет, но вот вы сами не заметили, как согласились выйти замуж, ответив «да». И отказаться от своих слов уже невозможно, потому что иначе будете безнадежно скомпрометированы.

«Нас видели?!» – ужаснулась я, бросая испуганные взгляды по сторонам, но беседка была окружена белой непроницаемой мглою, сверкающей и переливающейся от света фонарей.

– Больше никаких поцелуев с другими, Илана. Вы поняли меня?

– Да, – только и осталось пристыженно ответить.

Руки соскользнули с его плеч, и я отступила, чувствуя растущую пустоту в груди. Очень обидно, что самый невероятный в моей жизни, потрясающий до глубины души поцелуй носил чисто воспитательный характер.

– Я поняла вас, ваше величество.

Очень тяжело говорить, когда еще чувствуешь вкус его губ. Но меня с детства учили держать лицо и не показывать свои эмоции.