Рилун выглядел спокойным, но я чувствовала, что внутри него бушуют совсем иные чувства.

Я вскочила на ноги и замешкалась. Говорить при хозяйке дома о важном было невозможно, поэтому я твердо произнесла:

— Хочу вернуться…

— Ты останешься здесь на ночь, Паола, — оборвал меня генерал. — Тут безопаснее. Утром я приду за тобой и заберу на слушание у ректора.

Его тон был успокаивающим, но я только дернула плечом от досады. Леди Мейли с улыбкой посмотрела на меня и хитро произнесла:

— Пожалуй, я пойду. Наверняка вам хочется дать наставления своей адептке перед завтрашним слушанием, генерал Рилун.

Не буду мешать. После того как закончите, Луче проводит вас к выходу. Я попрошу ее ждать у двери во внутренние покои вместе с Айше. Вам никто не помешает.

С этими словами она вышла. Дверь закрылась, и куратор шагнул ко мне. Я вскинула голову, заглядывая в его глаза, и прошептала:

— Я не хочу…

— Вижу, что ты хочешь поговорить, — снова перебил он. — И Мейли дала нам такую возможность. Но задерживаться мне нельзя, так что к делу. Ты взволнована. Что-то случилось?

Я приблизилась и зашептала:

— Случилось еще тогда, когда вы оставили меня у Роу.

У нас не было времени поговорить об этом. Мы с ней летали в заброшенный город. Там еще такая башня с огромным кристаллом…

Я красноречиво развела руками, пытаясь перадть размер. А генерал, казалось, не поверил своим ушам.

— Тиучен? — пробормотал он. — Серьезно? И… что вы там делали?

Пришлось быстро рассказать ему про ритуал и озеро.

— А теперь на моей спине появилась часть какого-то странного рисунка, — закончила я. — Он напоминает вашу руну… Ту, про которую я спрашивала. И Роу хохотала до колик, когда ее увидела. Но ничего не пожелала объяснять.

Тут мой голос дрогнул от обиды.

Несколько мгновений генерал молчал и удивленно смотрел на меня. Затем он тряхнул головой и спросил:

— Руна, говоришь? Изобразить сможешь?

— У меня плохо с каллиграфией, — напомнила я.

— Неважно. Я разберу, — ответил генерал и подошел к аккуратному секретеру.

Там нашлись и листы, и чернила, и даже кисть. Я послушно приняла из рук генерала письменные принадлежности и попыталась нарисовать завиток, который видела на своей спине.

Рилун с минуту смотрел на него и хмурился, а затем его лицо просветлело.

Рядом с моей загогулиной генерал вывел незнакомую красивую руну. Я сразу же поняла — это она. Жадно впилась взглядом в листок, стараясь запомнить каждый штрих. А затем спросила:

— И… что это значит? Почему она появилась на моем теле?

Но по лицу куратора стало ясно, что рассказывать он совсем не хочет…

Глава 4

Слушание

Но примириться я не пожелала и требовательно произнесла:

— Что это? Я имею право знать!

— Тихо, — шикнул Рилун, сокращая расстояние между нами. — Об этом должны знать только воплощенные.