– Работать – не равно с тобой спать, прикинь? Или для тебя это слишком сложная формула. Ты так привык, что теперь нанимаешь своих баб? Может, и меня решил трудоустроить?

– А тебе, я смотрю, нравится твоя работа, – рубит Юдин. – Горячая штучка-дизайнер по заказу. Я – твой последний клиент, Марин. Не хер перед мужиками светить прелестями.

О, в кои-то веки он прав!

Оттолкнув Михаила, нависшего надо мной, соскакиваю с кровати и начинаю натягивать платье. Какого хрена, я продолжаю его радовать задорной обнаженкой? Облезет, криво обрастет и еще раз облезет!

– Тебя не спросила, как мне устраивать свою личную жизнь! Ты, вообще, что тут забыл? У тебя кажется служебная поездка в прекрасной компании.

Стараясь не смотреть на полуголого Мишу, я вихрем ношусь по спальне, бросая свою мелочевку в сумочку.

– Да вот шельма одна замуж собралась, приехал вразумить! Когда свадьба?

– В пятницу, – рявкаю я и не вру.

Однажды в пятницу я выйду замуж. Но какое ему дело? Ах, да!

– То есть всем можно? Даже твоей новой сотруднице, а мне нет? Или лучше говорить старой невесте?

– При чем здесь она? – Юдин хватает меня за руку. – Хорош мне пудрить мозги, Марин. Ты, наверно, живешь в мире розовых пони, и мужики там такие же ванильно-сахарные. Все ждешь любовь великую, как в своих романчиках, да?

– Да уж какую-никакую, а жду. Свою. Понимаешь? Не наполовину и не на четверть.

– Да ты загнешься от тоски с пресным типом, который ни ответить тебе не сможет, ни отодрать, как следует. Мы же сегодня выяснили, что ты грязная девчонка. Выкидывай свои книжонки, и добро пожаловать в реальный мир.

Зло душит.

Психотерапевт выискался.

Я сама себе психоаналитик. Романы о любви увидел и диагноз поставил.

Одинокая дамочка, которой сойдет любой член, лишь бы не придуманный!

– Если во взрослом мире, забыв про чувство собственного достоинства, полагается трахаться с мужиком, для которого ты только постельная игрушка, то нет уж. Мои единороги мне ближе. Убери лапы!

Михаил складывает руки на груди и смеривает мне злым взглядом от кончиков босоножек до макушки.

– А ты, значит, претендуешь на большее… – тянет он мерзким тоном.

– Ни на что я не претендую, но достойна большего, – отрезаю я.

– Прям с порога? Две недели знакомы, а уже хочешь в дамки?

– Да еще не известно, захотела бы или нет. Но уже точно не стану ждать, пока место освободится.

Демонстративно поправляю грудь в лифе платья.

Взгляд Юдина послушно переползает на обозначенные округлости.

Так-то. Больше тебе мои сиськи не светят.

– Освободится? – кажется, наконец-то до Мишеньки доходит смысл претензий."

"– Именно, сладкий, – шиплю я. – Можешь жениться на своей беременной, можешь на другой, но меня из этого пасьянса исключай!

Глава 44

Я ракетой покидаю проклятый и пропитанный сексом объект.