— Мэдди может перенести свои художественные принадлежности из большой свободной комнаты… нет, нет, не беспокойся об этом, это не проблема.

После того, как они закончили обсуждать свои планы и попрощались, я встала и направилась на кухню. Дэниэль засунул телефон обратно в карман.

— Ну, — сказал он. — Я думаю, нам лучше отложить все, пока она не уедет домой, по крайней мере.

— Видишь, — сказала я. — Это то, о чем я сейчас говорю.

Он пожал плечами.

— Если бы ты уже съехала, я бы просто сказал ей, что ты уехала на…конференцию по искусству. — Он вытащил пиво из холодильника. — Это вещь, которая существует, не так ли?

— Со всей моей одеждой и личными вещами? — Я возразила.

— Или квартира обработана от насекомых, поэтому она не может приехать.

— Конечно, она ни за что не заподозрит.

— Мы можем поговорить об этом после того, как она уедет, — сказал он, открывая крышку своего пива и бросая ее в мусорный бак. Судя по его тону, было совершенно ясно, что он не был открыт для дальнейших переговоров.

Ну. Мы бы посмотрели на это.

Линдси приехала в пятницу вечером, они улыбались и дерзили как обычно. Она крепко обняла меня, а затем быстро вытащила нас на поздний ужин и купила нам достаточно напитков, чтобы мы действительно могли вести себя, как пара снова."

"Дэниэль рано лег спать, оставив нас с Линдси сидеть на диване, тихо болтать обо всем, что пришло на ум. Ей удалось заполучить еще одного крупного клиента, который был еще более невыносим, чем предыдущий, поэтому мы посмеялись над ее историями некоторое время, когда часы тихо тикали на заднем плане.

После молчания она сменила тему.

— Между вами все в порядке?

Я колебалась. Очевидно, мы притворялись не так хорошо, как я думала.

— Полагаю, да, — сказала я, хотя ничто не может быть дальше от истины. — Сейчас просто тяжело. Я не совсем понимаю, почему.

— Дэнни, как правило, приносит с собой стресс с работы, — сказала Линдси, вытягивая ноги перед собой. — У него проблемы с отпусканием. Я уверена, что это нелегко для тебя.

— Да, — сказала я, слегка, прижимая колени к груди. Желание быть честной с ней почти ошеломило меня. Оно вонзилось мне в горло. Но я не смогла. Я знала, что не смогу.

— Эй, ты проголодалась? — Линдси взглянула на часы. — Иисус. Давненько ужин. Неудивительно. Я думаю, что я собираюсь заказать пиццу, хочешь?

— Конечно, я думаю. Любой вид. Я не придирчивая. — Я играла со свободной нитью на моей рубашке, в то время как Линдси делала телефонный звонок. Я пыталась придумать, как получить от нее совет, не будучи честной в том, что происходит. Возможность получить ее уникальный взгляд на поведение Дэниэля была слишком заманчивой.

Когда она села, я кое-что спросила.