— Что заставило Вас принять решение о короткой помолвке?

— Ну, никто из нас не особенно романтичен. Я не хотела большой суеты, и он тоже. Так что мы решили, что нет причин позволять вещам тянуться вечно.

— Как ваши родители относились к отношениям?

Я колебалась на мгновение. — Мои родители и я, мы не… близки. Я пригласила их на свадьбу, но они не хотели путешествовать. Родители Дэниэля скончались.

— Ну, вот и мой последний вопрос. — Интервьюер посмотрел вверх, немного улыбаясь. Наконец-то показал свою человеческую сторону.

Я просто продолжала дышать.

После этого появилось больше вопросов. О свадьбе, о количестве присутствующих, о том, кто позаботился о финансах и какие телешоу мы смотрели вместе каждую неделю. Он попросил показать ключи, исследовав мои ключи от квартиры Дэниэля. Мне интересно, пытался ли он сопоставить их по памяти.

Он хотел знать, встречалась ли я с кем-нибудь из членов семьи Дэниэля, поэтому я рассказала ему о Линдси и Рэе. Я ответила на длинный ряд мирских вопросов о нашей домашней жизни — количестве спален и ванных комнат, когда происходит вывоз мусора, и цвет ковра.

Наконец, он освободил меня. Я медленно вышла в зал ожидания. Дэниэль вскочил со стула, когда увидел меня.

Я поспешила к нему, он подошел ко мне и быстро поцеловал.

— Мы выжили, — сказала я.

— Да. — Он обнял меня за плечи. — Пойдем."

"Я должна была прикусить язык, пока мы не вернулись домой, хотя я умирала, чтобы сравнить любые ответы, которые мы могли вспомнить. Джон был за рулем, и он не знал правду.

Как только дверь закрылась за нами, я повернулась к нему и выпалила:

— Они спрашивали тебя, приходил ли ты ко мне на нашей первой встрече?

Он моргнул.

— Я сказал, что флиртовал с тобой, но флирт был тонким. Что ты сказала?

Я выдохнула.

— Я сказала, что я думала, что, возможно, ты флиртовал, но я не была уверена.

— Тогда все в порядке. — Он быстро поцеловал меня в лоб. — Я уверен, что все будет идеально. Здесь, действительно, не о чем беспокоиться.

— Когда мы это узнаем?

— Я должен получить письмо через несколько месяцев, — сказал он. — Если мы ничего не услышим между этим моментом и тем, мы должны предположить, что все идет гладко. Что, как я уверен, так и произойдет.

— Я рада, что ты так уверен в себе.

Приблизившись, он положил руки на мои плечи.

— Все в порядке. Я знаю, что это не самая легкая вещь в мире, со всем ожиданием, но все будет в порядке.

Я улыбнулась, а затем отвернулась на мгновение. Я очень хотела сказать что-нибудь о медовом месяце. О том, что мы не касались друг друга с тех пор. О том, что я хотела, больше всего на свете, чтобы он схватил меня и взял, как будто я знала, что он действительно этого хочет.

Я знала, что это так, даже если он не показывал.