– Да вы, да вы, – сверкнула глазами, но всё еще помнила про Катю, которая вдруг перестала играться с куклами в углу. – Катюш, мороженое будешь?

Ребенок радостно кивнул и вскочил с места, подбегая ко мне. При упоминании желанного лакомства ее глаза радостно засверкали, и всю настороженность из-за царящей атмосферы в гостиной как волной смело.

– Оно на столе на кухне. Я его полчаса назад достала, так что должно было оттаять, но ты смотри, не кусай его, лижи, чтобы во рту таяло, а то заболеешь, как в прошлый раз.

Она бездумно кивнула на мои слова, и я прищурилась, наклоняясь к ее милой мордашке.

– Ты же не хочешь болеть?

Она отрицательно качнула головой, и я со скепсисом отпустила ее, наказав кушать только за столом на кухне и сразу же после помыть ручки.

– Из тебя выйдет прекрасная мама, – вдруг прохрипел с дивана Драконов, а я вздрогнула, как-то позабыв о его присутствии.

– Из меня вышла, – сделала акцент на последнем слове, – прекрасная мама.

– Да, прости, оговорился, – кашлянул в кулак и отвел взгляд, словно что-то хотел скрыть от меня, но мне было не до него.

Я подошла к зеркалу и осмотрела себя в отражении.

Да, платье определенно мало мне и подчеркивает все несовершенства фигуры. Надо сдать обратно в магазин.

– Вы правы, Егор Романович, это платье никуда не годится.

Голос у меня был разочарованный, а сама я зла. Не любила, когда шло всё не по плану. И как я могла так опростоволоситься и не угадать с размером? У меня ведь глаз-алмаз.

– Меряй другое, – кивнул мужчина на остальную кучу покупок, и я уже без энтузиазма принялась за примерку.

Настроение было окончательно испорчено, так что былого подъема эйфории как не бывало. Но чем больше я мерила, тем сильнее печалилась и ярилась.

Оказалось, что все мои покупки были мне не по размеру, либо совершенно мне не шли. То ли свет в его квартире так падал, но некоторые расцветки и вовсе делали из меня бледную поганку.

– Так что ты там говорила? У тебя идеальный вкус? – ехидно хмыкнул сзади Егор, а я сцепила зубы и вдруг вспомнила, почему отправила Катюшку кушать мороженое.

– Так что там вы ляпнули про актрисульку, м? – оглянулась на него с интересом.

Мне бы промолчать, но я Драконова пока знала плохо, и его сдвинутые брови мне ни о чем таком не сказали.

Возможно, будь я поумнее и повзрослее, то прикусила бы язычок, но иной раз границ я совершенно не видела.

– Не знаю, кто у вас там в любовницах ходит, что за актрисульки, как вы выразились, а я модельер, – гордо вздернула подбородок, опуская такие ненужные подробности, что будущий. Как только университет окончу. А сначала поступлю, конечно же.

Он встал со своего места и подошел ближе ко мне, нависая грозной скалой. И только после снова заговорил.

– Один фиг, разницы не вижу.