Из тех, в которых владение передается по наследству уже несколько поколений. С подлинниками картин на стенах и неуловимым налетом винтажной старины.

Все как будто настраивало на романтический лад. Широченная кровать, на которой они лежали. Ситцевые обои, светлая мягкая мебель. Свежие цветы в фарфоровых вазах, они были везде.

Самое настояще любовное гнездышко. Намек, бл***.

Мужчина беззвучно расхохотался. Старый черт и это спланировал. Знал наперед.

- Когда, говоришь, отец приедет? - спросил он Лизу.

- Завтра первым рейсом, - ответила та, зевая ему в грудь.

Устала. И он устал.

- Хорошо, - пробормотал Марк. - Хорошо.

Наверное, им все-таки стоит отправиться в самое настоящее свадебное путешествие, мелькнула мысль, и от этого стало совсем хорошо. Куда? В Париж, в Венецию? Не важно, куда Лиза захочет.

Закончить только эти дела с судами.

А пока можно спать. Но завтра ему Феликс на пару вопросов ответит.

***

Утром чуть свет разбудил адвокат. Один из вчерашних. После сотни деликатных извинений сообщил, что им пора ехать.

- А господин Серов? - спросил Марк, с трудом подавляя зевоту. - Разве он не должен был прилететь сегодня утром?

- Господин Серов поедет прямо туда и будет ждать вас на месте.

- Мммм.

Очевидно хмурая, невыспавшаяся и небритая физиономия Марка произвела на него впечатление, и он сказал:

- Э... Еще раз извините за беспокойство, я зайду через полчаса.

- Через сорок минут мы будем готовы, - буркнул Марк и закрыл перед ним дверь.

Радуясь, что люкс трехкомнатный, и их негромкий разговор не вытащил Лизу из постели. Вот кстати в постель он и вернулся, не зря же выторговал себе лишние десять минут. Член уже чуть ли не стукал его по лбу и разрывался от одной только мысли.

Сонная, медово-сладкая, насквозь пропахшая им. Тесная, гладенькая, шелковая, золотистая. Горячая, влажная для него. Молодая.

Ему хотелось зарыться в нее целиком и не покидать никогда. Хотелось потянуть удовольствие, тянуть еще и еще. Как можно дольше. В конце концов, время есть, им и десяти минут хватит, чтобы одеться.

Но не учел, что его страсть уже зажгла и её. Застонала, выгнулась, стискивая его бедрами, вцепилась коготками, в плечи. И будто гладкая перчатка сжала и стала гладить его изнутри. Долго ли тут выдержишь. Сам не заметил, как взорвался нахрен. Пропал, утоп в этом огненном меду.

Потом добирал, додавал ей, покачивался, ласкал собой, нежил. Шептал:

- Куда ты хочешь? Хочешь в Венецию? В Париж? В Рим?

- Хочу... чтобы ты был рядом, - выдохнула она.

А ему от этого хрипловатого шепота, но больше от смысла слов, словно сладкой судорогой хлестнуло по хребту. Много ли надо, чтобы обоих накрыло волной снова.

В конце концов, пришлось с сожалением вставать и наперегонки бежать в душ. В итоге мылись они вместе. Но уже просто мылись и собирались. Время.