— Даже та холодная сдержанность, которую столько лет культивировал в себе Эдвард, не стала для него щитом. Ему пришлось отвернуться, он не мог смотреть в искаженное тревогой лицо Олконбери, зная, что именно этот мужчина будет утешать женщину, которую он, Эдвард, любит и которую, вполне возможно, навсегда потерял из-за своей глупости. — Она всего лишь узнала обо мне не слишком приятные вещи. Я уверен, она будет рада обществу друга.

Олконбери подозрительно прищурился:

— Я ее предупреждал, что вы причините ей боль.

— Вы были правы, — наклонив голову, сказал Эдвард.

— Да, я был прав. — Олконбери смотрел на соперника, хмурясь в раздумье.

— Она говорила, что вы были ей верным другом, когда умер ее муж, — продолжал Эдвард, как бы ни было ему тяжело произносить эти слова. — Я верю, что вы можете и сейчас ее поддержать. Как верный друг.

— Я попытаюсь, — медленно проговорил Олконбери. Эдвард коротко кивнул в знак благодарности. Он не мог заставить себя произнести слова благодарности этому мужчине, зная, что только что дал барону еще один шанс завоевать сердце Франчески. Рано или поздно она решит, что лучше полюбить того, кто всегда готов ее поддержать, когда другой мужчина разбил ей сердце. — Спасибо за визит, — добавил Олконбери, словно прочитав мысли Эдварда. — Я заеду к ней этим утром.

Эдвард представил, как Франческа улыбается Олконбери за завтраком, как она пьет с ним шампанское в полутемном театре, позволяя ему пропускать сквозь пальцы ее яркие шелковистые волосы… И перед глазами поплыла темная пелена. Он сделал то, ради чего пришел. Задерживаться смысла не было.

— Всего доброго, — пробормотал он и ушел, захлопнув за собой дверь.

Франческа почти не спала этой ночью. Безуспешно пытаясь уснуть, ворочаясь с боку на бок, она в конце концов сдалась и встала с рассветом. Она все еще не могла отойти от шока. Как мог Эдвард нанять сыщика, чтобы тот шпионил за ней, копался в ее прошлом и настоящем? Как мог он так с ней поступить! И чего он этим надеялся добиться? Он сказал, что поступил так потому, что его настолько сильно к ней влекло, что он не мог удержаться от искушения. Ну, возможно, нечто подобное испытывала и она. И ее поступки тоже были направлены на то, чтобы поскорее избавиться от мучительного наваждения.