Выражение лица у него при этом было мрачнее самой темной тучи.

Все это выглядело ужасно загадочно и непонятно… но я радовалась, что проблема решена. Очень устала и хотела попасть домой. По сравнению с прекрасным днем вечер уже начал действовать мне на нервы.

Лишь один раз мне удалось разглядеть в зеркале заднего вида пылающий взгляд: наш спаситель смотрел на меня так пристально, что пришлось отвести глаза первой.

Лица целиком я не видела, но черты показались знакомыми. Я хотела, чтобы он подошел! В отличие от недовольного и раздражительного Халле, я бы сердечно поблагодарила человека.

Но он так и не покинул своего автомобиля.

Вскоре Халле вернулся, и мы на прицепе тихонечко тронулись в путь. Я пыталась разглядеть другого водителя, припомнить хоть кусочек утерянного прошлого. Но видела лишь силуэт, не дающий полноценной зацепки.

— Ты его знаешь, да? — я играла с огнем, задавая вопросы, которые, я уверена, другу не нравились, но желание узнать больше было гораздо сильнее боязни его расстроить. — Почему ты на него кричал?

— Мы, как бы, враги, — сквозь зубы ответил Халле, сжимая руль.

— Но он нам помог, значит, человек хороший? — нахмурилась я в недоумении.

Халле промолчал, а напряжение в салоне стало ощущаться еще острее. И мое любопытство моментально вспыхнуло, словно подожженная спичка.

— А я его знаю? — тихо спросила.

— Доктор Генье велел не подсказывать, — прохладно напомнил друг.

— Значит, знаю! — воскликнула я и широко улыбнулась, не сдержавшись.

— Какое это имеет значение теперь? — рыкнул друг.

— Мне кажется, память начала возвращаться, — солгала я, хотя не совсем — глаза в зеркале заднего вида действительно показались знакомыми.

— Вот как! — всерьез рассердился мой спутник, повышая тон. — Значит, меня не вспомнила, проведя со мной целый день, а водитель дорогой тачки пробудил воспоминания, хотя даже не вышел из машины?!

Красный «камаро» красноречиво посигналил и мигнул задними фарами, и Халле крикнул, как будто другой водитель мог его расслышать издалека:

— Да пошел ты!

— Не кипятись, — попросила я, испугавшись за руль «форда», скрипящий под жестокой хваткой дрожащих от напряжения бледных пальцев. — Даже если вы в ссоре, он ведь помогает нам…

— Мы бы и без него справились, — грубил Эрлинг, и не думая прекращать вести себя как болван."

"— Какая разница, кто нам помог? — разозлившись на неоправданную неблагодарность друга, я тоже вспылила. — Мы давно должны были быть дома! Успокойся, или я больше никуда с тобой не поеду!

Повисло продолжительное молчание, длившееся несколько минут, наполненное моим возмущенным давлением и сердитым сопением моего бешеного спутника. После чего он сдался и уступил:

— Прости…

— Ладно, — с облегчением приняла извинения я.