— Меня зовут Ульрика Хольм, — начала я, присаживаясь на табуретку рядом с кроватью. Кружку с отваром поставила на колени, грея о толстые бока немного замерзшие пальцы. Хм, с сосудами, что ли не в порядке что-то? Или просто замерзла? Или это от небольшого волнения?"

"— Хольм? Дочь барона Вилмара Хольм?

Я удивилась. Надо же, а я всегда думала, что у нас небольшое баронство, о котором никто и не помнит только. Кроме налогосборщиков, естественно. Те и о полуразрушенном сарае в каком-нибудь глухом уголке планеты и то помнят.

— Да. Мой отец погиб. Недавно. На войне с Долимией. Вместе со всеми нашими воинами.

Воспоминать об отце было все еще больно, поэтому я замолчала, переживая, когда тугой комок в горле рассосется. Плакать перед Охтароном категорически не хотелось. Эльф молчал, и я была даже благодарна ему за то, что он не выражает фальшивого сожаления и не говорит, что ему жаль.

Немного успокоившись, я подняла глаза и тут же заметила, что Охтарон о чём-то усиленно думает.

— Я встречался с вашим отцом несколько раз, — сказал он как раз в тот момент, когда я уже хотела продолжить рассказ.

— Зачем? — он меня снова удивил. Отец никогда мне не рассказывал об этих встречах. Да и я никогда не видела у нас эльфов, значит, встречались они за пределами замка.

— Светлый Князь, мой отец, хотел купить баронство Хольм. Но твой отец не хотел продавать его, говорил, что баронство — приданое его дочери, — при этих словах он посмотрел на меня. — Что такого особенно в вашем баронстве, что мой отец так хотел его получить?

Я ненадолго задумалась.

— Да, вроде, ничего. Старый замок, пару деревенек, кусок леса, да небольшой отрезок реки, в которой мы добывали немного золота. Река эта течет с гор Хальдор. Ну, поля ещё, да немного места для пастбищ. И всё. Хольм маленькое баронство. Я не понимаю, чем оно могло привлечь Светлого Князя.

Я замолчала, и комната надолго погрузилась в тишину. Я пыталась вспомнить что-нибудь такое, что могло бы заинтересовать эльфов, но всё обстояло именно так, как я и сказала — баронство было самым заурядным и ничего интересного в нём не было совершенно. Но ведь зачем-то оно понадобилось Князю. Зачем?

— Ладно, — Охтарон вздохнул. — Можно мне тоже вашего напитка? Пахнет хорошо.

— Да, конечно, — я встала, налила отвара и эльфу, потом помогла ему принять полусидящую позу, чтобы пить было удобнее, и села обратно на табуретку, зорко наблюдая, чтобы он не облился и не обжегся. Отвар вроде уже немного остыл, но всё-таки был ещё горячим. Помогать не стала, подумав, что Охтарон и сам вполне справляется и лишняя забота может его оскорбить.

— Как бы ни было жаль, но сейчас узнать ответ не выйдет. Можете рассказать, что было дальше? — спросил он, отдав мне пустую кружку.