Разве то, что он поймал ее и станет причиной ее смерти.

Рядом с маленькой ванной стоял короткий узкий столик с полотенцами и баночками с мягким мылом. Никаких грубых самодельных брусков в этом отеле."

"Макс развернула полотенце, посмотреть, насколько оно велико, и фыркнула. Мягкое, но недостаточно большое, чтобы завернуться.

Она услышала, как закрылась дверь, а в замке повернулся ключ, и выглянула поверх ширмы. Он оставил ее одну в комнате!

Но, оглядевшись, Макс увидела, что он взял с собой все: их седельные сумки, ее одежду, даже свой саквояж, не оставив ничего.

Ей даже нечем было прикрыться, если не считать полотенец! Но главное – не оставил ей ничего, из чего можно было сделать импровизированную веревку и спуститься по ней из окна. Теперь она поняла, почему он собрал и унес все постельное белье.

Принял все предосторожности, как уже делал раньше, и все же утверждает, что он не охотник за головами. Чертовски умен и готов к любой неожиданности. А она никак не может бежать по городу голая, даже если сумеет пробраться по карнизу к другому открытому окну. И при этом, вероятно, упадет и сломает себе шею.

Вздохнув, Макс села в ванну и с мечтательной улыбкой погрузилась в воду по шею. Бывали моменты, когда она все дни проводила в седле и неделями не могла найти уединенную речку или источник, чтобы искупаться. В холмах была пара прудов, спрятанных в зарослях, поэтому она каждые несколько дней ездила к большому озеру на востоке, мылась и стирала одежду. Но это вовсе не было приятно, поскольку приходилось возвращаться в хижину вымокшей до нитки.

Она старательно вымылась с головы до ног, сознавая, что не помнит, когда в последний раз была такой чистой.

А голова! Мыло, которое она таскала в седельной сумке, было таким грубым, что ужасно раздражало кожу головы, так что она давно перестала намыливать волосы. Но их не промоешь одной водой. Не то, что сейчас. Они уже почти высохли и при малейшем движении разлетались во все стороны. Макс даже встала, чтобы посмотреть на это в овальное зеркальце над туалетным столиком. И засмеялась. Макс немного подобрела к Дигану, получив от него такой подарок. Совсем чуть-чуть… Может, просто слегка успокоилась, хотя настороженность все еще оставалась.

– Ты что, заснула там? – спросил Диган.

Услышав его голос и шорох придвигаемых к ширме седельных сумок, она мгновенно вспомнила о своем положении. Пора идти в тюрьму.

Макс повернула голову к Дигану:

– Нет, я как раз ждала, когда принесешь одежду.

Увидев, что сумки по-прежнему лежат довольно далеко, она поняла, что он сейчас это исправит, и поспешно завопила:

– Я сама возьму!

Она вылезла из ванны, наскоро вытерлась и, протянув руку из-за ширмы, подтащила сумки к себе.