— На мою базу нагрянул спецназ… мне подкинули наркотики… я не знаю, чьих это рук дело! Мне дали телефон, разрешили сделать один звонок…

— И ты не придумал ничего лучше, чем позвонить мне? — Мужчина в «Лексусе» зашелся разъяренным криком. — Да ты понимаешь, что делаешь? Тебе же специально сунули этот гребаный телефон, чтобы посмотреть, к кому ты кинешься!

— А что мне было делать? — голос собеседника задрожал. — Вытаскивай меня! Ты отлично знаешь, что мы повязаны…

— Спецназ, говоришь, нагрянул на базу? — неожиданно спокойно произнес Борис Иванович. — На какую это базу, о которой я ничего не знаю? Чем это ты балуешься у меня за спиной? Наркотиками?

— Да какими, к черту, наркотиками! — снова впал в истерику собеседник. — Они мне их подбросили! Да сами посудите — на хрена мне сдались наркотики при наших-то делах!"

"— А вот тут ты прав, — Борис Иванович усмехнулся одними уголками губ. — На хрена тебе наркотики при твоих-то делах? Ты такими мелочами не занимаешься, ты крысятничаешь по-крупному! Ты у меня за спиной, сучонок, «чехам» новейшее оружие загоняешь!

— Так это ты меня сдал? — неожиданно догадался собеседник. — Сторговался с этими? И что ты для себя выторговал? А что, если список у меня? Я ведь еще не вышел из игры!

— Ничего у тебя нет, иначе бы ты уже им воспользовался! — холодно проговорил Борис Иванович и, отключив телефон, закончил фразу: — А вот у меня, возможно, будет!

Я так долго сидела за столом, что Тофик, не дожидаясь заказа, сам принес две чашки кофе. Народу у него было мало, так что он сел за мой столик и, грустно поглядывая на меня, тянул свой кофе.

— Такая красивая, — наконец сказал он со вздохом, — и не везет в жизни.

— Это точно, — согласилась я.

— Этот, что тут с тобой был, — плохой человек, — сообщил Тофик, — глаза у него тухлые.

— А то я сама не вижу! — буркнула я. — Все про него знаю!

— Вовчик про тебя спрашивал, — вымолвил Тофик, глядя в сторону.

— Тофик, ты ему не говори, что меня видел! — встрепенулась я. — Вовчика мне только не хватало!

— Ладно, не скажу, ты для него слишком хороша, — согласился Тофик. — А вообще не горюй, девушка! Будет и у тебя все хорошо, красивых бог любит!

Он отошел к своим шашлыкам, а я подумала, что это, верно, только их, азербайджанский, бог красивых любит, а наш так не очень. Но все равно доброе слово было приятно.

От кофе прибавилось бодрости, и я собралась уходить, сердечно распрощавшись с Тофиком. И пошла себе, помахивая сумочкой, глазея по сторонам, поскольку торопиться мне было совершенно некуда. Хотелось подумать над тем, что случилось, хотя, как я уже говорила, это занятие всегда давалось мне с большим трудом. Прошла я совсем немного, как вдруг заметила за спиной какое-то движение. Я уронила сумочку и, присев, незаметно оглянулась.