«Гаттас» всем хорош, но патроны он жрал, как электрическая свинья.

– Плохо, – поджал губы алхимик.

– Плевать, всё кончено, – беззаботно выдал Каронимо, облокачиваясь на пулемёт. – Видишь, Алоиз руками машет? – И зевнул: – Красивая у него подружка, чтоб меня пинком через колено, от такой не стыдно завести ребенка.

К счастью, Холь не потерял хладнокровия, во время боя не трясся от страха, забившись в какую-нибудь мастерскую, а двигался в сторону машин, оказался неподалёку и был сразу же замечен Гатовым. Павел развернул бронекорду, аккуратно снеся массивным бампером угол механической мастерской, и остановился, давая Холю и его спутнице возможность подняться в кабину.

– А это видел? – Мерса указал рукой на ворота, из которых выкатывал ещё один «Бёллер».

Но поскольку от бронекорды до форта было не менее половины лиги, этот враг не произвёл на Каронимо должного впечатления.

– Далеко, успеем удрать, – заявил он. И ткнул пальцем в небо: – А вот эта дрянь способна попортить нам нервы.

Андреас поднял голову и вздрогнул: на них неспешно надвигался массивный цеппель с большим красным крестом на округлом носу.

И с открытыми пулемётными портами.

* * *– Что они собираются делать? – растерянно спросил Руди. Сглупил, конечно, поскольку маневр «Доброты» можно было истолковать одним-единственным способом, но ничего не смог с собой поделать – растерялся.

– Вы сами говорили, что Саде нужен Гатов, – напомнил капитан Сварчик. – Она идёт за ним, а заодно заберёт Холя.

– Забыла о «Горьком»?

После гибели импакто осторожный Йорчик счёл нападение на зубастый бронетяг Гатова делом опасным, вычеркнул эту возможность из планов и изо всех сил пытался придумать другой способ захватить Павла. И даже маневр «Доброты» не подтолкнул его к правильной мысли.

– Возможно, Сада считает, что у Гатова закончились боеприпасы, – со всей отмеренной ему природой корректностью произнёс капитан «Розы».

И тут же услышал громкое:

– Точно! – Руди хлопнул себя по лбу, совсем другим взглядом оглядел обнаглевший госпиталь и выдал: – У Гатова боеприпасы закончились, а у нас их полно.

Несколько секунд Сварчик молчал, уверяя себя, что ослышался, после чего осторожно напомнил:

– Вы хотите поссориться с Компанией? – И, прежде чем услышал ответ, напомнил: – «Доброта» принадлежит Департаменту секретных исследований…

– Я об этом не знаю, – жёстко отрезал Руди. – И никто на борту не знает. И вы мне ничего не говорили, понятно? Ничего!

И посмотрел с таким бешенством, что Сварчик вздрогнул.

Капитан, разумеется, не горел желанием ссориться со всемогущей Компанией, однако хорошо знал хозяина и понял, что Йорчик закусил удила. Руди видел вожделенную цель и ради неё был готов пойти на что угодно.