Молодой еще, горячий, но учится, всему учится…

— Лагранжу, — наконец смилостивилась она. — Понимаете, все, что случилось, это последствия психологической травмы, которая была нанесена Лёке в детстве.

— То есть ты хочешь сказать, что психиатрическая экспертиза признает ее невменяемой, и ей все сойдет с рук? — вдруг заволновался Воронов.

— Экспертизы еще не было, — Лиля понизила голос и притворила дверь в кухню, чтобы мальчишки не услышали, о чем они говорят. Они и так еще не совсем оправились от этой истории. — Экспертизы не было, но Лагранж уверяет, что Лёка абсолютно вменяема. Психотравма не приводит к сумасшествию, если ты об этом. А вопрос, что есть норма, он вообще открытый. Никто из нас не может быть уверен, что полностью нормален, ни ты, Леша, ни я, ни, вон, Лавров. — Ее взгляд, брошенный на Сергея, моментально потеплел. Она будто погладила его глазами, и он улыбнулся в ответ легко и открыто.

— Расскажи всем, Лиль, — попросил он в ответ. И она рассказала.

Оля Широкова родилась нежеланным ребенком. Ее мама была уверена, что незапланированное рождение старшей дочери испортило ей молодость, а вместе с ней и жизнь. Дочку она не то чтобы не любила, но держалась с ней строго и холодно, шпыняла по пустякам и ни разу не приласкала.

На контрасте Оля, или как ее звали в семье, Лёка, особенно тянулась к своей тете Миле, старшей сестре мамы. Та, одинокая и бездетная, страстно любила детей, поэтому охотно общалась с племянницей, а когда в семье Широковых родился младший сын Илья, в отличие от Лёки желанный, то и вовсе забрала племянницу жить к себе.

Те годы, которые Лёка провела рядом с Милой, были самыми счастливыми в жизни девочки. Но, когда ей исполнилось двенадцать лет, Мила внезапно вышла замуж за пожилого вдовца с тремя детьми и уехала из областного центра в глубинку, фактически бросив Лёку, вернув ее родителям, как ненужную куклу.

Предательство тетки Лёка переживала остро и болезненно. Ей казалось, что она больше никогда в жизни не сможет никому доверять. Но в институте в ее жизнь вошла Сашка, Александра, Аля, и девушки стали неразлейвода. Их дружбу, казалось, не может разрушить ничто, включая цунами. Но девушки полюбили, и так случилось, что одного и того же человека. В этом не было ничего удивительного, потому что они вообще были очень похожи внутренне. Им нравилась одна музыка, одни книги, они одинаково ощущали запахи, любили грозу и не терпели снег. И Дмитрия Ковалева обе полюбили глубоко и искренне. Только одна безответно.

То, что Митя выбрал Сашку и хочет на ней жениться, стало для Лёки вторым ударом, который она компенсировать уже не смогла. Сначала девушка попыталась покончить с собой, выпив уксусной эссенции, но ее спасли, и она долго лечилась от последствий химического ожога пищевода.