И улыбнулся, когда сын живо прекратил истерить и вдруг уставился на него огромными понимающими глазами. — Кто-то на глазах растет, да?

Тим улыбнулся, от всей души пуская слюни на белоснежную кофточку. Пофигу, машинка постирает, а он, если нужно, купит еще с десяток таких же, чтобы менять хоть раз в час.

Ася появилась на кухне спустя минут пятнадцать, когда чай как раз успел остыть.

Тимур честно пытался нарезать еще и яблоко, но с ребенком на руках это было попросту невозможно. Надо же, как много всего успевает его солнечная жена, хотя на ней весит не только ребенок, но и дом, и даже Бакс.

— Снова мать достает? — начал Тимур, когда Ася с размаху уселась на стул.

— Ты же понимаешь, что она еще не скоро прекратит совать нос в наши дела, — печально ответила Ася. — И одного разговора ей явно недостаточно.

— Что на этот раз?

— Предостережение, чтобы не связывалась с бандитами.

Они переглянулись, выдержали минутную паузу — и в унисон рассмеялись. Тим, недолго думая, подхватил, и даже Бакс, который всегда ходил за ними следом, растянул морду в собачьей улыбке и довольно засопел, словно без его пяти копеек общее веселье было не полным.

— Слушай, маленькая, ну бандитом меня еще не называли. Хотя, помнится… — Тимур хитро улыбнулся, намекая на первый день их встречи.

Ася, ожидаемо, снова залилась румянцем. Ох, хорошо бы уложить сына спать и не дожидаясь вечера, утащить ее в спальню, чтобы напомнить, какой нескромной, раскованной и жадной она может быть. Но это все позже, потому что сейчас, кажется, самый подходящий момент для важного разговора. Куда уж дальше откладывать?

Глава тридцать третья: Ася

— Маленькая, я думаю, не очень хорошо, что у Тима в свидетельстве о рождении стоит чужое отчество и твоя фамилия, — сказал Тимур, когда они, наконец, перестали смеяться.

Ася с трудом подавила спазм в горле, проглотила чай, пытаясь не стараться угадать разговор наперед. Да, Тимур сказал ее матери и Марине о том, что он биологический отец, но с того разговора прошла пара дней и они больше не поднимали эту тему. И Ася дала себе зарок никогда не поднимать эту тему.

Потому что даже у этой сказки должна быть граница возможного. Даже если что-то внутри нее давным-давно вычеркнуло Игоря из прошлого Тима, даже если это «что-то» просто наивно закрыло глаза и поверило, будто так оно и было в самом деле: ее Тим — отец Тимура, ведь они так похожи.

— Как думаешь, Морковка, я смогу стать ему хорошим отцом?

Нужно было посмотреть на его лицо. Хмурое, сосредоточенное, ожидающее.

Тимур никогда не выглядел так взволнованно, как будто от ее ответа зависела вся их дальнейшая жизнь.

— Я думаю, ты уже стал ему хорошим отцом, — осторожно ответила Ася.

А про себя добавила: «Лучшим, чем был настоящий».