Олег Михайлович выслушал с печалью и без особого интереса, после чего принялся успокаивать меня, но совершенно не успокоил и даже разозлил. Особенно мне не понравились выражения «драматизировать» и «не стоит преувеличивать». Ему хорошо говорить, его-то к кровати не привязывали.

Я посуровела и твердо заявила, что без всяких там преувеличений ожидаю мученической кончины со дня на день. Олег Михайлович погрустнел еще больше; оно и понятно, контора респектабельная, а я клиент не впечатляющий, но как человек воспитанный (опять же положение обязывало) просто выставить меня за дверь он не мог и страдал.

– Если вы убеждены в том, что… Вам надо обратиться в милицию, – нашел он выход и улыбнулся.

– Только что оттуда, – обрадовала я его.

Он вздохнул и сказал с печалью:

– Но от нас-то вы чего хотите?"

"В самом деле, чего я хочу? Я нахмурилась и сформулировала:

– Решения вопроса.

– Уточните, – попросил он.

– Я хочу развестись с мужем и остаться в живых после этого.

Олег Михайлович предпринял ряд попыток избавиться от нас, но в меня точно черт вселился, я сидела на стуле как приклеенная и хмуро твердила одно и то же.

Олег Михайлович выдохся, побледнел и почему-то перешел на дискант. Я поняла, что настал момент, когда нас отсюда попросту выкинут, и уже собралась уйти по-доброму, но тут дверь распахнулась и в кабинет вошел мужчина. Марья, увидев его, пискнула и едва не лишилась сознания, а я начисто забыла, по какой такой нужде меня сюда занесло. Он был очень красив, одет дорого и со вкусом и умудрялся походить на Ричарда Гира, Тома Круза и всех известных голливудских красавцев одновременно. Взгляды наши встретились, его – слегка насмешливый (уж он-то хорошо знал, какое впечатление производит на женщин) и мой – смесь восхищения, природной глупости и слабой попыткой сохранить достоинство.

– Олег Михайлович, вы заняты? – спросил он, продолжая смотреть на меня. Его светло-серые глаза обещали неземное блаженство.

– Собственно, я уже все, – промямлил Олег Михайлович, который тоже почему-то остолбенел.

– Если я не вовремя… – продолжил вошедший, но как-то чувствовалось, что он сам не верил, что такое возможно.

– Вы кто? – вдруг спросила Марья.

Мужчина с удивлением взглянул на нее, но ответил:

– Разрешите представиться, Гридин Андрей Петрович.

– Отец? – пискнула Марья.

– Сын, – с достоинством поправил он и потерял к Марье интерес. – Олег Михайлович, на моем столе бумаги, я бы хотел…

– Да-да, – вскочил тот, – я через минуту…

– Через минуту не получится, – опомнилась я. – Вы так мне и не ответили…

Олег Михайлович пошел пятнами.

– Я ведь вам сказал: обратитесь в милицию или в охранное агентство, наконец.