А представь молодых драконов разных родов на посту? Да я бы медяка не поставил на то, что эта злосчастная печать с такими защитниками продержится месяц, не то что постоянно.

— Ты предвзят, — возразила я, но… в его речи было слишком много неприятной правды: чем больше разнородных живых существ — тем выше риск предательства или какой-нибудь подмены, потому что каждый сам за себя.

— Да, я предвзят! Потому что дело касается всего мира в целом и моего брата в частности. И я считаю, что уже сейчас мы должны думать, как спеленать ледяную истинную пару в случае, если нам понадобится жертва для печати!

Я промолчала. Взлохмативший волосы Элор продолжил метаться по моей комнате:

— Надо подготовиться, надо позаботиться о том, чтобы Саран со своей денеей не нашли союзников. Это сейчас у них натянутые отношения с Озараном, к тому же они могут быть связаны с Культом, но потом, потом… Ох, как же всё сложно!

Не то слово: дракон с денеей — это настоящие машины для убийства. Планировать их отлов и принесение в жертву — бесспорно сложно.

Элор уселся на кровать и исподлобья посмотрел на меня.

— Халэнн, ты ведь меня понимаешь?

— Да, я бы весь мир отдал, если бы это могло спасти мою семью.

— Понимаешь, — вздохнул Элор и, облокотившись на колени, склонил голову. — Вроде я бронированным стал, а сил всё равно не хватает. Недостаточно, чтобы всех уберечь.

— Полагаю, теперь Арендар и Валерия сами могут себя уберечь. Они сильнейшие существа Эёрана.

— А впереди война, и сильнейших бросят на врага в первую очередь.

— Это дракон с денеей, почти мистические создания.

— Это прежде всего мой младший брат и его глупая маленькая избранная.

В голосе Элора прозвучала такая тоска, что мне стало неловко спорить.

Тем более, я его понимала.

Как бы ни сложились обстоятельства, даже если бы Халэнн нашёл себе денею, для меня он оставался бы любимым братом, о котором я беспокоюсь, а потом уже всё остальное.

Элор поморщился:

— Мне не нравится, что отец вообще затрагивает тему жертвоприношения в отношении Арена. Он, конечно, помог мне с отбором, когда появилась такая возможность, но я знаю, что если на карте будет стоять остальная семья и жизнь империи, отец согласится пожертвовать одним из сыновей.

— Если исходить из этого, то твой отец будет делать всё возможное, чтобы в случае жертвоприношения твой брат и его денея спаслись, ведь если они умрут, нам придётся иметь дело с ледяным драконом и его денеей. Саран озаранец, озаранцы всегда недолюбливали империю из-за того, что их выбили из спорных земель и не дали им превратиться в ещё одну империю.

— Ох, надеюсь, отец думает так же, — Элор улыбнулся. — Спасибо, что пытаешься утешить.

— Вообще-то я просто разговариваю.

— Хм… — глубокомысленно выдал Элор и рухнул спиной на мою кровать, раскинул руки.