Не пущу!

— Иван… — смотрит в сторону. — Давай без разборок и драм.

— В глаза посмотри мне…

Мы сталкиваемся взглядами. Давим друг друга. В порыве делаю шаг, подхватывая с нежностью ее лицо. Я не хочу с ней противостоять! Я хочу стоять за неё…

— Я люблю тебя… — шепчу, закрывая глаза. — Почему ты мне не веришь? Ну подумай сама, пожалуйста… Я звал тебя туда, я ждал тебя… Ты же знаешь меня! Я бы никогда так не сделал. Из-за этой херни ты хочешь отменить “нас”?

Отворачивается. Уходит к окну, обнимая себя за плечи, смотрит вдаль.

Устало садится на кровать, пряча лицо в ладони.

Она так редко бывает уязвима, что меня разрывает от этого.

На колени присаживаюсь к ней в ноги.

Снимаю с ее ног обувь. Откидываю в сторону двери.

— Больше не бухаю. Только с тобой.

Стягиваю верхом на себя.

Вжимаюсь губами в шею, стискивая ее.

— Я так тебя люблю, что каждое утро в ахуе, что ты моя… — болезненно шепчу я.

Чувствую, как ее пальцы скользят по моим волосам.

Меня чуть отпускает это ужасное сосущее ощущение внизу живота, как в плохом сне, что я лечу вниз и парашют не открывается.

Отпускает… Но внутри все трясется от эмоций и мысли, что мы могли сейчас не договориться! Яра пиздец какая упрямая. А как доказывать в этой ситуации, что я не верблюд, я не понимаю.

И мы сидим так очень долго.

А потом я пытаюсь разбудить ее тело, оно то точно всегда на моей стороне!

Но Яра не ведётся, вяло уворачивается, и встаёт.

— Голодная?

— Нет. Устала…

— Ложись.

Разбираю ее чемодан.

Ставит будильник.

— Как дела на работе? — пробую разговорить ее я.

— Нормально.

Закрывает глаза.

— Яра…

Отворачивается к стене.

— Ты любишь меня? — еще раз пытаюсь растормошить ее эмоционально."

"Ледяная просто какая-то! Я так не умею… Мне надо все сразу решить!

— Люблю.

Абсолютно безэмоционально.

Пинаю пустой чемодан. Ухожу на кухню.

Злясь на ситуация, себя и почему-то Стаса, курю одну за другой.

Набираю его снова.

— Нашел?

— Ванька, ты издеваешься? Я сплю ещё.

— Ладно…

Как я мог его потерять?! Оно крепко сидело.

Готовлю для Яры обед. То, что она любит.

Я же не мутный, блять, не подлый. Весь в ней. Ну бестолочь иногда. Чего на меня злиться?..

Поднимаю со стола ее кольцо. Помято. Хмурясь, правлю его. Надеваю спящей жене на палец.

Вот так…

Через час звонит ее будильник.

Настороженно наблюдаю как она идёт в душ, переодевается, не обращая на меня внимание.

И снова злюсь. Теперь на нее.

— Я обед приготовил.

— Спасибо.

Уходит сушить волосы.

Сжимаю челюсти, дёргая от злости желваками.

Врываюсь в ванную, отрубив фен, поднимаю ее за талию, усаживая на тумбу.

— Хочу тебя…

Впиваюсь в губы, ныряю руками под одежду. Сжимаю грудь, касаясь ее языка своим. Горячая волна возбуждения, вместе с мурашками поднимающимися снизу вверх, обещают мне горячее примирение.