Ее затопила горячая волна нежности и благодарности к нему.

Руки ее поднялись и обхватили его, словно призывая его к дальнейшим действиям, ноги раздвинулись, показывая, что она жаждет принять его. Она понимала, что он будет с ней делать, но не знала, что почувствует при этом, и хотела испытать это сейчас, немедленно.

Но Ройс не нуждался в поощрении. Он подмял ее под себя, удивившись при этом, что такое возможно, что в первый раз в жизни ему не нужно нависать над женщиной, опираясь на локти, ведь все его прежние партнерши были намного меньше него. Эта же была как бы создана для него, и ему не нужно было бояться, что он раздавит ее своим весом, потому что она наслаждалась этой тяжестью и все крепче прижимала его к себе, словно упиваясь его властью над собой.

Он стал заполнять ее, очень медленно, поражаясь, что у него хватает терпения продлить этот момент, о котором он так долго мечтал. Его привело в восторг то, как плотно ее плоть обхватывала его со всех сторон, какой она была внутри горячей и влажной. И тут он натолкнулся на преграду, и все его тело возмутилось, когда он осознал, что это означало.

Но Кристен была готова к этому мгновению, когда правду уже нельзя было скрыть.

Ее ноги были согнуты в коленях, ступнями она упиралась в кровать, и это давало ей возможность свободно двигаться. Она не собиралась позволить ему остановиться, чтобы потом он решил проделать все это по-другому. В ту секунду, когда она почувствовала, как он замер и начал приподниматься на локтях, чтобы взглянуть ей в лицо, она крепко прижала руки к его бедрам и с силой вдавила его в себя, в то же время резко приподнявшись навстречу ему, Ройс, который с трудом сохранял равновесие, не успел остановить ее. А поскольку он не догадывался, что она задумала, то даже не попытался сделать это. Его поза лишь помогала ей. И к тому моменту, когда он смог наконец опереться на локти, он уже погрузился в нее полностью. Он успел лишь заметить, как она закрыла глаза и ее лицо исказилось от боли. Она не вскрикнула, только тихо охнула.

Но ее черты очень быстро разгладились, она открыла глаза и взглянула на него. Он не смог справиться с охватившей его яростью, которая отразилась на его лице.

– Может быть, ты сама все это и закончишь без моей помощи?

– Только если ты этого захочешь.

Он застонал, услышав такой ответ, но потом рассмеялся и упал на нее, крепко прижав к себе. Он предавался любви с такой страстью, словно от этого зависела его жизнь. Момент был неподходящий для того, чтобы выяснять, почему она так поступила. Огонь, бушевавший в них, заставил их забыть обо всем.

Глава 18

Прохладный порыв ветра, первый за весь этот душный, жаркий день, влетел в окно. Пламя свечей, расставленных повсюду в комнате, заколебалось и потухло почти одновременно.