А она не отводила взгляда, пока ее пальцы путались в многочисленных шнурках, потом нагнулась и с внезапностью, которой он никак не ожидал, сдернула с него брюки.

Как завороженная, она уставилась на то, что открылось ее взору. То, что при этом она вовсе не казалась смущена, еще сильнее воспламенило его. Она посмотрела ему в глаза с выражением, похожим на восторженное изумление, потом снова опустила взгляд и ее пальцы сомкнулись вокруг его пульсирующей плоти.

Это было больше, чем Ройс мог вынести. Со стоном он резко сел и, схватив ее за плечи, повалил на постель.

Но она не собиралась довольствоваться такой пассивной ролью. Когда он стал поспешно срывать с себя остатки одежды, то почувствовал, как ее груди прижались к его спине, ее руки обхватили его сзади и кончики пальцев стали нежно поглаживать его соски и ласкать окружавшие их мышцы.

Ройс еще никогда не раздевался так быстро. Закончив с этим, он повернулся и, схватив ее за волосы, с неистовой жадностью впился ей в губы.

Бросив ее на спину, он хотел было уже покончить с этой пыткой, но то, как она лежала перед ним, полностью покорная его воле, напомнило ему, как часто он мечтал о том, чтобы коснуться ее кожи, почувствовать, какова она на ощупь.

И когда она попыталась прижаться к нему, он не позволил ей, а вместо этого начал медленно исследовать каждый изгиб ее тела. Лежа на боку опершись на локоть, так, чтобы ему было видно то, чего касаются его руки, он принялся гладить ее бархатную кожу."

"Если Ройсу это доставляло чувственное наслаждение, то что можно было сказать о Кристен? Он пробудил в ней чудесные, восхитительные ощущения, и ей казалось, что она уже не в силах этого вынести.

Она считала, что не сможет желать его сильнее, чем прежде. Но она ошибалась. Ее тело сейчас горело, как в огне, оно волнообразно изгибалось по своей собственной воле, казалось, что даже кожа ее напряглась, моля его о ласке.

Когда его пальцы скользнули между ее шелковистых бедер и погрузились в таинственную влажную глубину, готовую принять его, Кристен словно ударило током, она почувствовала, что сойдет с ума от охватившего ее восторга. Она вскрикнула, ее тело напряглось. Ройс тут же остановился, неверно истолковав причину этого крика: он ни за что не хотел причинить ей боль, только не сейчас.

Кристен смотрела, как его большая рука с длинными, сильными пальцами стала медленно подниматься вверх по ее животу, а потом она взглянула ему в лицо и увидела, что он наблюдает за ней. Он нагнулся, чтобы поцеловать ее, очень нежно, словно давая ей понять, что все в порядке, он не сделает ей больно или неприятно. Ройс так бережно обращался с ней, хотя и думал, что она продажная девка. Этот жест тронул Кристен больше, чем она могла представить себе.