Уставив на Гурова круглые, как тарелки, глаза, Дружкин дрожащим голосом спросил:
– Они ушли? Они в самом деле ушли? Вы уверены?
– Ты сам-то как думаешь? – в свою очередь спросил у него Крячко. – Пошевели мозгами! И вообще, ты сегодня собираешься выбираться из своей могилы, призрак?
На «призрака» Дужкин почему-то сильно обиделся, надулся и сразу же самостоятельно, хотя и не без труда, вылез из подполья.
– Ты знаешь, кто эти люди, – утвердительно сказал Гуров, сверля его взглядом.
– Примерно, – буркнул Дужкин. – Они не местные, это точно. Скорее всего, из Москвы.
– Чего это ты просек? – ревниво спросил Крячко."
"– А то, что они меня кончат, если я им правду скажу, – вот что! – заявил Дужкин. – Хорошо, у них какие-то тут дела еще были. Они меня на этого урода оставили, на Макара. Макар, он сволочь, но мы с ним как-никак сто лет знакомы. Он меня бил, но не сильно. И все извинялся, что бьет. Мол, если бить не будет, его самого замочат. А я думаю, что ему просто бабок отвалили за меня. Он, сука, и жрать мне не давал… Но, правда, бил не очень сильно.
– Ну, теперь твоему Макару тоже только и осталось, что в яму, – сказал Гуров. – Тебе за побег, конечно, накинут, но изо всей этой своры ты самый счастливый оказался. А если нам поможешь, так, глядишь, выторгуем мы для тебя пару годков. И всего-то нам надо знать, где ты раздобыл лицензию. Ведь не на помойке же нашел? Это ты следователя мог дурить, а у нас живой интерес.
– Ясно, – кивнул Дужкин. – Мне тут особо скрывать и нечего.


















Комментарии
Добавить комментарий