Инстинктивно Фьюри завел одну руку за спину: ближе к кинжалу, который носил на поясе.

— Я думал о нашей последней встрече, — сказал Ривендж, массируя виски своими длинными пальцами. Свет подчеркивал его высокие скулы, жесткий подбородок и сильные плечи. Темная полоса укороченного ирокеза выступала не более чем на два дюйма от черепа.

— Да… Я размышлял о том, что ты в курсе моего маленького секрета. Я чувствую себя уязвимым.

Фьюри хранил молчание, гадая, что за чертовщина тут происходит.

Ривендж откинулся в своем кресле и скрестил ноги, положив лодыжку на колено. Его дорогой костюм распахнулся, открывая широкую грудь.

— Ты представляешь, как я себя чувствую? В каком напряжении это держит меня?

— Прими «Золпидем»[73]. Он вышибет напряжение напрочь.

— Или я могу выкурить достаточно красного дымка. Прямо, как ты, правильно? — Мужчина провел рукой по своему ирокезу, губы растянулись в хитрой ухмылке. — Да, я определенно не чувствую себя в безопасности.

Что за хрень сейчас происходила?! Парень окружил себя Маврами, которые были столь умны, сколь и смертоносны. И он определенно был из тех, кто может позаботиться о себе.

Ривендж прекратил улыбаться.

— Я подумал, возможно, ты мог бы раскрыть свой секрет. Тогда мы были бы равны.

— У меня нет секретов.

— Брехня… Брат. — Уголки губ Ривенджа снова поползли вверх, но глаза оставались абсолютно холодными. — Ты член Братства. Ты и эти большие парни, которые приходят сюда. Парень с эспаньолкой пьет мою водку. Парень с раздолбанным лицом сосет кровь из моих шлюх. Не знаю, что и сказать о человеке, с которым вы тусуетесь, да и неважно.

Фьюри пристально смотрел на него через письменный стол.

— Ты только что нарушил традиционные правила поведения. Но впрочем, почему я должен ожидать хороших манер от наркодилера?

— А наркоманы всегда врут. Так что вопрос не имеет смысла в любом случае, не так ли?

— Осторожнее, приятель, — сказал Фьюри вполголоса.

— Или что? Признаешь, что ты брат? Так мне лучше собраться с силами прежде, чем ты решишь разделаться со мной?

— Ты излишне самоуверен.

— Почему ты не хочешь признаться? Или ты, брат, боишься, что это состязание станет твоим провальным бунтом? Ты прячешься ото всех нас из-за тех дерьмовеньких делишек, с которыми в последнее время часто имеешь дело?

Фьюри отвернулся.

— Не понимаю, о чем ты говоришь.

— О красном дымке. — Голос Ривенджа был холоден как сталь ножа. — Я только что завязал с продажами.

Дрожь беспокойства пронзила грудь Фьюри. Он взглянул через плечо.

— Здесь есть и другие дилеры.

— Желаю удачи в поисках.

Фьюри взялся за ручку двери. Когда она отказалась поворачиваться, он оглянулся через комнату.