Если после этого ты будешь молчать, то сможешь сохранить свою жизнь. Если нет… оставлю возможные последствия для твоего воображения.

Я сглотнула, оглядываясь по сторонам. Я уже сказала Кейну, что не скажу это слово, и теперь не изменю своего решения.

Нет ничего хуже, чем пережить свой худший кошмар.

Где-то справа открылась дверь, и я прищурилась, но в тени не смогла разглядеть, где именно.

Ко мне приближается высокая фигура — судя по телосложению и росту, это мужчина. Он одет в черную футболку, джинсы и армейские ботинки. Его руки покрыты черными кожаными перчатками, а лицо скрыто черной маской, напоминающей маску чумного доктора. Однако на этой маске есть острые, тревожные змеевидные и когтевидные детали, вихрящиеся по контурам, как проклятие.

Он встал рядом со мной, его рост заполняет все небольшое пространство, и он смотрит на меня сверху вниз. Его леденящий взгляд проникает сквозь мою одежду и пронзает мою кожу.

Я оглядываюсь по сторонам в поисках выхода. Он стоит неподвижно, словно ждет моего следующего шага.

Туннель простирается так далеко, как позволяет зрение. Конца его не видно.

Но, возможно, в этом и есть смысл.

Мои конечности все еще дрожат от увиденного видео, но я собираюсь с силами, поворачиваюсь и бегу.

Я не успеваю сделать и двух шагов, как меня хватают за ноги. Земля уходит из-под ног, и я падаю с глухим стуком, колено ударяется о грязный пол так сильно, что я чувствую удар в своих костях.

На меня ложится что-то тяжелое, прижимая меня к земле и выдавливая из легких весь воздух.

Я извиваюсь и сопротивляюсь. Не знаю, что на меня нашло и стоит ли вообще сопротивляться.

Это инстинкт самосохранения. Врожденный и бессознательный.

В глубине души я знаю, что не смогу победить кого-то, кто намного больше меня, но это меня не остановит.

Рука в перчатке обхватывает мою шею, поднимает и поворачивает мое лицо, пока я не смотрю на ужасную маску.

— Красный. Скажи это или сдавайся.

Мои глаза расширяются.

Кейн.

Это голос Кейна.

Глава 6 Далия

Мое сердце замирает, пальцы застывают, и меня охватывает дрожь.

Я впиваюсь ногтями в скользкую влажную землю под собой, а Кейн прижимается ко мне всей спиной, его вес давит на меня, тело как непоколебимая глыба мышц, словно меня придавила стена.

В спертом воздухе витает слабый аромат кедра и цитруса, проникая в мои раздутые ноздри.

Я должна была почувствовать облегчение от того, что он наконец здесь, но этого не произошло.

Даже наоборот.

Мои мышцы напряглись, а страх скрутил внутренности.

Жуткое напряжение сдавило горло, и я задыхалась, делая короткие, беспорядочные вдохи.

Воздух сгустился, и мрачное облако окутало его покровом тьмы.

Это не тот Кейн, которого я знала. Его присутствие не успокаивает — оно душит.