И когда паркуемся в их семейном особняке, я снова замираю в восхищении. Все же дом действительно прекрасен.

– Скоро и мы здесь будем жить, – неправильно толкует мой взгляд Антон, а я не спорю.

Время закрыть рот на замок и больше слушать, смотреть по сторонам. Внутри меня плещется надежда на адекватность его старшей родственницы. Не исключаю варианта, что удастся как-то договориться с ней. Дверь нам открывает Артем Юрьевич, недовольно смотрит на нас.

– Вы опоздали, – даже сейчас умудряется портить всем настроение,

– Вовремя, Артем, не преувеличивай, – раздается женский голос, а затем перед нами предстает его обладательница.

И я понимаю, что мимолетная мысль о союзнице была тщетной. Дама из тех, что мило улыбается, а на самом деле скалится за твоей спиной. Хищный взгляд препарирует, разрезает тебя на части и изучает каждый миллиметр. Дед, видимо, точно знал, кто лучше всех управится с их бизнесом. Антону тут явно ничего не светит.

– Привет, бабуль, – шагает вперед женишок и обнимает ее, а я ловлю предостерегающий женский взгляд.

Совместный ужин оказался совсем не таким, как я ожидала.

– А родители? – продолжает задавать вопросы хваткая старушка.

Совсем не божий одуванчик. Все активно работают приборами, а мне кусок в горло не лезет. Я ковыряю номинально вилкой в тарелке, даже головы толком не поднимаю. Колючий женский взгляд словно режет без ножа. Неприятно.

– Отец умер, мама отдельно живет, – пожимаю плечами.

Нет никакого желания откровенничать и впускать их в свою душу. А уж делиться подробностями жизни своей семьи и подавно не хочется.

– Ее мать – отличный бухгалтер, – говорит Артем Юрьевич, – работает со мной в одной компании, грамотный специалист.

В этот момент я непроизвольно резко вскидываю голову. Последние слова звучат язвительно, с подтекстом. Но никто как будто и не слышит этого. Встречаюсь с ним взглядом. И кажется мне, что в глубине его взгляда горит колючий огонь. Мерещится злорадство, но затем его внимание полностью захватывает главная женщина этого рода.

– Если ты с ней уже знаком, почему я не вижу ее за нашим столом?

Не понимаю, как можно всего лишь сменой тона так доводить свою мысль до человека. Словно она и не наезжает, но при этом ставит в укор.

И нет мысли ей противиться. Я мелко встряхиваю головой и сбрасываю это наваждение. Ощущение, что перед тобой не змея, а анаконда, прям королева логова.

– Ты не просила, – невозмутимо и флегматично отвечает мужчина, и тянется за сыром. Видно, что привык к такой ее манере общения. Ничего его не трогает, не задевает.

– Я уже не в том возрасте, чтобы просить, – взмахивает пальцами, – да и ты уже не мальчик, давно меня знаешь, взрослый, так сложно догадаться? Это элементарные истины, в конце концов.