Погодите…

– Что?

– Ты позволила Мейсону трахнуть себя сразу после того…, – начал он, но сам себя оборвал на полуслове. – Неважно, я не собирался вообще поднимать эту тему снова, я просто хотел забыть это дерьмо и двигаться дальше! Я думал, наш первый раз был для тебя таким же особенным, как и для меня.

Мое сердце подпрыгнуло, больно ударяясь о ребра. Его голос был наполнен печалью.

– Ты давно не был девственником, Джефри.

– Это был первый раз для меня в совершенно ином понимании. Ведь до этого мне не приходилось испытывать нечто подобное, когда тело плавится от одной лишь мысли, что рядом со мной особенная девушка, – сказал он, присаживаясь на край стола и отводя взгляд в сторону. Всего на мгновение Фостер погряз в воспоминаниях. Но очень быстро появился тот самый жестокий и мстительный ублюдок, которого я всегда ненавидела. Джефри встал и подошел ко мне. – Но должно быть, этот момент был особенным только для меня, потому что для тебя, Барбара, не было ничего особенного, если ты так легко легла под моего брата, а после вышла из его комнаты и ухмылялась мне в лицо.

Звук удара, прокатившийся по кабинету, наконец заставил его замолкнуть. Я чувствовала покалывание на ладони и с наслаждением наблюдала за тем, как краснеет вторая щека Джефри. И этого он тоже не ожидал.

Органы в моем животе скрутило в узел. Я думала, что ненависть сжигает меня, но нет, это была похоть. И я увидела в его глазах то же, что испытывала сама: желание убивать и потребность в сексе.

Его длинные сильные пальцы сомкнулись на моей шее и сжали ее, а затем Фостер обрушился на мои губы в ожесточенном поцелуе. Я не успевала хватать воздух, он не давал мне и шанса на спасение, медленно уничтожая меня каждым движением губ, зубов и языка.

– Значит, купил меня, словно домашнего питомца? – прошипела я в поцелуй, запуская одну руку в его волосы и с силой оттягивая их, а другой дерзко сжимая его твердеющий член. Его ладони огладили мою талию, а затем сжали мою задницу, заставляя меня поморщиться от боли.

– А ты трахнулась с моим братом, – прошипел он, развязывая пояс моего халата и сбрасывая с меня мокрый шелк. Его ладони грубо сжали мои груди, вынуждая меня застонать. Я расстегнула его брюки, позволяя горячему члену выпрыгнуть наружу. Джефри хватило минуты, чтобы стать твердым.

Он хотел подхватить меня под задницу, но я не позволила. Толкнула его, заставляя Фостера привалиться ягодицами к столу. Он завел руки за спину, упираясь ими в столешницу, и втянул воздух сквозь сжатые зубы, когда я обернула пальцы вокруг пульсирующего члена и сжала его.

Боже.

В очередной раз я осознала, насколько прекрасен он был. Не Фостер, а его член. На Фостера я злилась. Бархатная кожа, выступающие вены, налившаяся головка и капелька жемчужной смазки на кончике.