В глазах Мейсона на секунду появилось удивление, он не ожидал, что я так быстро сверну тему, а после засмеялся и вдруг обхватил меня за ноги и потянул вниз. Я оказалась в воде и на секунду почувствовала себя беспомощной, в ловушке, но потом вспомнила, что на этой глубине мои ноги доставали до дна, а значит, я была в безопасности.

Смех Мейсона стих, в карих глазах появилось волнение, это показалось мне… милым.

– Черт возьми, Барбара, прости, – торопливо выдал он и вдруг схватил меня за талию, он хотел вытянуть меня из воды, посадить назад, но я накрыла его руки своими и покачала головой.

– Здесь нормально, не глубоко.

Он кивнул, убрал руки с моей талии, но не отошел от меня. Мейсон сильно возвышался надо мной, и мне приходилось запрокидывать голову, чтобы видеть его лицо. Капелька воды сорвалась с его волос и упала на его щеку, чтобы затем сбежать к губам. И в этот самый момент я поняла, что младший Фостер окончательно оттаял. Со мной был настоящий старый Мейсон. Не Дикий Ангел, не обиженный мальчик, не кумир миллионов, а мой лучший друг Мейсон Фостер.

– Почему ты позволил себе стать таким? Смерть Дэниела тяжело далась тебе, уверенна, она для всех стала камнем на груди, но он бы не хотел видеть, как его сын убивает себя, – начала я, легко касаясь его запястья, ведь по глазам видела, что он хочет отстраниться от меня, закрыться снова в своем панцире и вести разрушительный образ жизни дальше.

– Я не… Если бы не я…

– Ты не виноват в его смерти, никто не виноват.

На его лице отразилось столько горьких эмоций, что все внутри меня похолодело: печаль, отчаяние и безграничная вина.

– Ты не знаешь, как было, – едва слышно пробормотал он, не разрывая зрительного контакта между нами.

Но я знала, каждую деталь, ведь Джефри не просто рассказал мне о том происшествии, он будто перенес меня в тот злополучный день.

– Джефри все рассказал мне.

Мейсон отвел взгляд, его ноздри злобно затрепетали.

– Трепло.

– Возможно, я не знаю всего, ведь я не была там, но я точно знаю, что ты не хотел этого. Это нелепая и трагичная случайность. Я никогда не поддерживала любовь наших отцов к охоте, я отгоняла от себя эти мысли, но в глубине души всегда знала, что рано или поздно это обернется для них катастрофой.

Он дернул подбородком, тем самым выражая полное несогласие с моими словами. Мейсон все равно винил себя, и мои слова не исправят этого.

– Я задавалась вопросом, почему ты здесь, почему ты проводишь свой последний свободный месяц не с Джеммой, а в пустом особняке твоих предков, все дело в отце, не так ли? – предположила я, снова ловя его взгляд.

Он невесело усмехнулся и покачал головой.

– Когда я нахожусь в поместье, мне кажется, что он все еще жив.