– Расслабься, мальчик, я нахожусь не в доме твоего отца, я нахожусь в доме своего сына.

Мейсон оскалился, что видимо изначально задумывалось как улыбка, и одним махом осушил стакан с виски.

Ужин с Дорис – плохая идея. Это было ясно сразу. Но под прицелом в этот вечер была именно я. Между мамой Джефри и Мейсоном, конечно, была неприязнь, но даже на законнорожденного сына Дэниела от его единственной супруги Дорис не смотрела с такой ненавистью как на меня. Ведь именно мой отец в свое время обидел ее сильнее всего, так что я вне милости только из-за того, что родилась, и это я еще молчу о свадьбе.

– А ты, деточка, расскажи, что произошло в твоей жизни за последние пять лет? – безразличным голосом спросила мама Джефри. Она оторвалась от пережевывания салата и аккуратно утерла уголки губ салфеткой, ее красная помада на удивление не пострадала.

Я краем глаза взглянула на Джефри, он был натянут, словно струна. Должно быть, он опасался того, что я выпущу коготки, но я пообещала, прежде всего себе, что не стану опускаться до уровня Дорис.

– После переезда в Нью-Йорк я открыла модный бутик на Манхэттене. Я шью одежду для знаменитостей, однажды платье моего производства даже попало на страницы глянца.

– Но под именем Барбары Эдвардс, – усмехнулся Мейсон, подмигивая мне.

Я послала ему убийственный взгляд и еле сдержалась, чтобы не метнуть в него нож.

И откуда они все об этом знают?

– Как интересно, – пропела Дорис, облокачиваясь на стол и элегантно подпирая руками голову. – Знаменитостей, говоришь. Значит, ты приехала на похороны папочки или все же за его деньгами?

Джефри дернулся, и я точно знала, что он собирается прекратить этот разговор, но я сжала его колено под столом, чтобы даже не думал вмешиваться.

У меня все под контролем.

– Я не была на его похоронах, так уж вышло, что я не знала, что он умер.

Дорис улыбнулась.

– Значит, за наследством. Кто бы сомневался.

– Все не так…

– Мама, хватит, – сузив глаза от негодования, сказал Джефри.

– И решила выскочить за моего сына, чтобы увеличить активы, не дурно.

– Нет! – уже громче воскликнула я.

– Дорис, – покачал головой Джефри.

– Вообще-то, она выскакивает за него только потому, что осталась полностью без денег, а Эванс в своем завещании указал крайне глупое условие о браке с одним из Фостеров.

В противном случае Барбара не сможет получить свое наследство, – облокотившись на стол и по-скотски улыбнувшись, объявил Мейсон. – Я же ничего не забыл? А вот вы, кажется, забыли. Или все переменилось. Черт! Я запутался. Кажется, мне нужно почитать правила этой игры.

Мейсон собрал на себе комбо из взглядов: разъяренный Джефри, взволнованный мой и взгляд Дорис, который я не могла расшифровать, но, думаю, именно так смотрят на белку перед тем, как съесть ее живьем.