Я не чувствовала его внутри, я не чувствовала тяжести его тела, я не чувствовала вкуса его губ, ничего кроме сильнейшего стука в груди и болезненной тяжести неудовлетворенности.

Нет. Почему так больно?"

"Я открыла глаза, мое дыхание сбивалось, а щеки горели огнем. Джефри поднялся с кровати и надменно посмотрел на меня. Уголок его губ пополз вверх, и я даже боялась представить, что он видит перед собой. Я лежала, распластавшись по всей кровати, обнаженная и покрасневшая, с широко раскинутыми ногами. Ужасно неудовлетворенная и… жалкая.

– Хочешь что-то сказать, Барбара? – выжидающе спросил он, поднося пальцы, которые секунду назад были во мне, к своему лицу и жадно слизывая с них всю мою влагу.

Чертов ублюдок.

Я сделала вид, будто ничуть не смутилась и не чувствовала себя такой уязвимой в этот момент.

– Пошел к дьяволу?

– Неверный ответ. Просто попроси меня, скажи, чего ты хочешь, и я помогу тебе, Барби.

Прищуривая один глаз, я улыбнулась Фостеру, пока моя рука медленно сбегала к низу живота.

– Твоя беда в том, что ты считаешь, будто мне нужен кто-то посторонний, чтобы получить удовольствие. – Я коснулась себя внизу, моментально захлебываясь от вновь нарастающего наслаждения.

Его глаза замерли между моих ног, он следил за тем, как запрокинув голову, я ласкаю себя, неторопливо обвожу подушечками пальцев клитор, мурлыкая так искусно, как не сумеет ни одна порноактриса. Моя грудь подрагивала от каждого выдоха, соски стали совсем твердыми, а бледная кожа груди покрылась мурашками. Его эрекция сильно выделялась, и на голубой ткани джинсов я заметила маленькое пятнышко смазки.

– Можешь идти, я справлюсь сама, – наши взгляды встретились, – или позову Мейсона.

Нет, попрошу Далтона, не подкинешь мне его номерок? – После этих слов я погрузила в себя сразу два пальца. С моих губ сорвался тихий протяжный стон. – Он так сильно сжимал мою руку, когда выводил из конюшни, представь, что могут его пальцы. Впрочем, тебе и не нужно этого представлять, а вот я хорошо представляю, как он садится между моих ног, его пальцы медленно входят в меня, а его язык…

Я не успела договорить, Джефри за секунду оказался рядом и грубо перевернул меня на живот. Я вскинула голову и уперлась взглядом в зеркало, которое отражало всю комнату, попыталась встать, но он придавил меня своим телом к кровати.

Его губы коснулись моего уха.

– Осторожно, ведь из-за твоего длинного языка может кто-то пострадать, – угрожающе процедил он, просовывая между нашими телами руку и расстегивая джинсы. Я едва не закатила глаза, чувствуя, как его твердая длина вырывается из штанов и упирается в мои ягодицы, но сдержалась, ведь он наблюдал за моим лицом в отражении зеркала.

– Что это, Фостер, ревность? Разве я что-то тебе должна? Я вроде как свободная девушка.