Он ударился о землю метрах в пятидесяти от группы, бухнулся так, что земля, казалось, вздрогнула. Крышка от удара отскочила, и что-то внутри ящика колыхнулось.

— Смотри-ка, Кирпич! — загалдел Рыжий. — Они нам подгон сделали! Ого!

— Вот что там за подгон? — донеслось сзади. — Может, жрачка, а?

Рыжий не стал ждать — первым кинулся к ящику.

— Погоди, дебила кусок! — рявкнул Кирпич. — Может, там бомба?

— Да ну на хер, какая бомба? Взорвалась бы уж! — отмахнулся Рыжий, никого не слушая.

Его, казалось, невозможно было остановить, будто прямо в этом коробе была его свобода.

Он подбежал к ящику, заглянул — и тут же вскрикнул:

— Твою мать!.. — и отшатнулся, словно его ударили.

— Что там? — скрипнул Кирпич.

Остальные зэки, уже рванувшие следом, резко остановились, как вкопанные. Никто не смел приблизиться ближе, чем на двадцать шагов.

— Ну чё застыл⁈ — рявкнул Кирпич и неторопливо двинулся вперёд. Он шёл прямо, не сгибаясь, чувствуя на себе взгляды братвы.

— Что там?

— Ну это… — Рыжий сглотнул, глядя широко раскрытыми глазами. — П*здец, Кирпич… Тут, по ходу… это Андрюха. По наколке вижу. И Пёстрый здесь…

Кирпич подошёл ближе, склонился над ящиком.

Внутри лежали две отрезанные человеческие ноги. На лодыжках — чёрные браслеты. Легко можно было заметить, что один человек был худым, а второй — более коренастым.

— Вот! — торжествующе рявкнул Кирпич. — А ты говорил — на лыжи вставать!

Он махнул рукой, подзывая остальных:

— Сюда, братва! Смотрите, чё стало с теми, кто меня не слушал и отделился!

Зэки подошли, хмуро уставились на окровавленные конечности. Бурчали, матерились, кто-то сплюнул через зубы.

А Рыжий вдруг воскликнул:

— Пацаны! В рот компот! А Сергеича-то тут нет! В ящичке… где кусок его тела⁈

— Да в ящик, наверное, не влез, — ухмыльнулся Кирпич.

— Либо ухреначили так, что размазали, и нечего было класть. Ясное дело, всю группу накрыли. Вот, вот по этим браслетам нашли их, мать вашу!

Он ткнул пальцем в чёрные ободки с красными индикаторами.

— Так что… убиваем малахольных и возвращаемся победителями. Или вас самих по кусочкам в такие ящики сложат.

— Это да… Кирпич, — пробурчал один из зэков. — Они, конечно, и суки… ублюдки. Беспредельщики. Так наших распотрошить.

"

"— Вот именно, — перебил его Кирпич. — Если будет возможность… когда снимем эти чёртовы штуки с ног, — он наклонился и ударил по браслету костяшками кулака, — я вам отвечаю, мы отомстим.

— Вот это дело! — одобрительно загудели зэки.

Кирпич удовлетворённо улыбнулся. Улыбка его больше напоминала оскал. Он чувствовал: власть его восстановлена, братва снова под ним. И теперь его собственная свобода была близко — рукой подать.

Осталось дело за малым: найти эту чёртову группу «А» и… выпустить им всем кишки.