Может, надо было вернуться?

— Куда вернуться? — буркнул Кирпич.

— Ну, я бы лучше в бараке опять чалился, — вздохнул Рыжий. — Там хоть кормёжка была.

— Ты слышал, какие нам условия вертухаи выставили? — Кирпич зыркнул на него исподлобья. — Если вернёмся — нас порешат.

— Ну вот, братва шушукается… — понизив голос, сказал Рыжий и придвинулся ближе. — Я тебе по секрету скажу…

Они шли бок о бок, продираясь сквозь молодняк и кусты. Настроение у всей группы было тяжёлое, это чувствовалось.

— Сдохнем с ним, вот так говорят, — неуверенно промямлил Рыжий.

— Чего? — остановился Кирпич и зло вытаращился на собеседника.

— Тихо-тихо! — торопливо затараторил тот, озираясь. — Я ж за тебя, Кирпич. Давай-ка в сторонку отойдём, побазарим.

— Ну, давай, — хмуро кивнул Кирпич.

Они отошли чуть в сторону.

— Чё смотрите⁈ — рявкнул Кирпич на остальных, которые косились в их сторону. — Шагайте! Мы догоним!

Кирпич прищурился:

— Ну, говори, чё хотел?

— Ну… это самое, — замялся Рыжий. — Гнилой базар идёт. Говорят, надо было с Сергеичем уходить. Дёру давать.

— Сука… — прошипел Кирпич и задрал штанину.

На его ноге чёрным пластом поблёскивал браслет.

— А это ты, б…ь, видел⁈ Они ж нас по этим браслетам найдут.

— Да? А вдруг не найдут? — насторожился Рыжий, ожидая затрещины или пинка за такие слова.

Кирпич нахмурился, помрачнел. Подумал, помолчал. Но бить не стал.

— А кто будет пробовать? — тихо сказал он. — От Сергеича наверняка уже одни шматы остались. Если нас после такого побега найдут — сдохнем. А если сами, как сказано, найдём малахольных, догоним… и будет жрачка нам от пуза. И бабки. И свобода. И работу дадут.

Он криво усмехнулся:

— Только я работать не собираюсь.

Я бабки возьму, сниму этот чёртов браслет и свалю на хер отсюда. Есть у меня корешок на Камчатке. Никто меня там не найдёт. Ксиву левую справлю. Сейчас всё можно за деньги.

— Это хорошо… ксива левая, Камчатка, да? — Рыжий за ухом почесал, ухмыльнулся. — Крабов будешь жрать… А вот только сейчас-то, тут как нам выжить? Сейчас! Может, всё-таки дадим деру, а? Посёлок какой найдём? Ну их, эти игры чёртовы…

И вдруг над тайгой раздался гул.

Сначала — далёкое гудение, будто где-то раскатился гром. Потом всё громче, отчетливее: бух-бух-бух-бух!

Лопасти рубили воздух, будто гигантский барабанщик колотил по небесам.

Шум нарастал, воздух задрожал, под ногами пошёл рябью травостой.

Кирпич задрал голову. Рыжий тоже уставился в небо.

— А гля, Кирпич… вертухаи пожаловали! — с удивлением проговорил Рыжий. — А как они нас увидели-то? Мы ж в зарослях!

— А я тебе про что, дурья твоя башка⁈ — прорычал тот в ответ.

И задрал снова штанину. На браслете мигал красный индикатор, словно маяк, будто сам отвечал вертолёту.

Из вертолёта с грохотом сбросили железный ящик.