Окопы Бурова рваной полосой вытянулись пониже, на склоне. Бой притих, немцы и буровцы лениво перестреливались, ничто, казалось, не предвещает серьезных перемен. Но когда Кузнецов спустился к ним, из окопов навстречу ему донесся радостный крик:

— Ура-а-а! Ребята, танки пришли!

— Танки, танки! — Кузнецов, подходя, помахал бойцам шлемом, засмеялся. По одежде они приняли его за танкиста. — Артиллеристы пришли, ребята!

— Много вас? — несколько сникнув, спросил пожилой боец.

— Две семидесятишести. С полным боекомплектом!

— Тоже хлеб. Замучали нас эти паразиты: лезут и лезут.

— Теперь пускай сунутся.

Пришел Буров. Был капитан в выпачканной окопной грязью шинели, правая пола продырявлена осколками. Тряхнул Кузнецову руку:

— Прибыл, питерский? Мой грех, прости, я настоял, чтобы сюда тебя. Второе орудие чье?

— Корякина. Взводный с ним.

— Ну, теперь легче будет. А то покоя не дают, шнапса до черта, видать — по погоде. Четырежды отбивались. Убитые, раненые... Рацию разнесло в прах.

— Рация со мной, — сказал Кузнецов, — раненых машиной отправлю, давайте их наверх, в лощину.

— Дело, старший сержант, выручил.

Гора с плеч. Сейчас распоряжусь. Буров повел взглядом по местности перед высотой. — Ну, а остальное сам видишь. Вон из того леска они и напирают. Да это ладно, полбеды. Танки, по-моему, там сосредоточивают, вот в чем беда.

— Встретим, товарищ капитан. Отобьемся.

— Знаю тебя, питерский, потому и попросил. Не первый ведь раз, а? Сколько ты меня поддерживал...

— Не первый, — согласился Кузнецов. — Как с боеприпасами?

— Пока хватает. Убитых-то все больше с каждым часом...

— Да-а-а. Ну, я наверх. Давайте раненых.

Кузнецов поднялся к орудию, велел выгрузить из машины все ящики со снарядами.

Сказал Головину:

— Заберешь сейчас раненых и — вниз. Отправишь их, возьмешь новый боекомплект и жди у лощины. Понадобишься — ракету дам в твою сторону.

— Есть! — Из этого распоряжения Головин понял: крепко здесь командир решил обосноваться, раз орудие без машины оставляет.

Понял это и весь расчет.

Когда уже погрузили раненых буровцев и Кузнецов дал команду отправляться, на позицию к нему поднялись замполит и какой-то незнакомый лейтенант. Замполит, осмотрев местность перед высотой и позицию, сказал:

— С ранеными-то хорошо поступаете, товарищ старший сержант.

А если машина понадобится — орудие перетащить. Что тогда?

— Не понадобится, товарищ старший лейтенант, — ответил Кузнецов сердясь. — Будут снаряды нужны — подбросит, внизу будет стоять наготове. А здесь пока ей делать все равно нечего. Разве что мины дожидаться развернуться негде.

— А если?.. Если придется отходить?

— Уходить не собираюсь. Не за тем забрался сюда.

Кузнецов подошел к орудию. Все было готово для боя.