Наконец я увлеченно зашуршала желтоватыми страницами, испещренными аккуратным каллиграфическим почерком.

Я всегда любила печатные книги: их запах, возможность прикоснуться к обложке и страницам, погладить, как живое существо, книжный корешок. Рукописные книги я видела лишь на фотографиях и в музеях под стеклом. Но, кажется, их я тоже любила.

Я с трепетом пробежала пальцами по буквам. Те будто струились под руками, страницы были теплыми и словно дышали…

— Ты умеешь говорить с книгами. Это хорошо… — Низкий голос, раздавшийся над самым ухом, заставил вздрогнуть всем телом.

От неожиданности я захлопнула книгу, взметнув серое облачко пыли.

— Просто читать люблю. У нас в школе очень бедная библиотека… — зачем-то стала оправдываться я, но, наткнувшись на насмешливый взгляд, смущенно замолчала.

— Это хорошо, — повторил дракон и поманил меня за собой. Миновав несколько массивных стеллажей, под завязку набитых книгами, мы остановились у длинного, вытянутого полукругом стола. В центре стояла железная пиала на крученых ножках. В ней плескался огонь.

— Садись, — Джалу повелительно надавил на мои плечи, заставляя опуститься на высокий жесткий стул.

Затем он отошел на несколько минут, а когда вернулся, застал меня за увлеченным ковырянием столешницы. Под строгим взглядом я сложила руки перед грудью, как примерная ученица, и попыталась изобразить на лице неудержимое рвение к знаниям.

Джалу мои усилия не оценил, хмыкнул скептически. На стол приземлилась толстенная книга.

— Не уверен, что это поможет… — сказал дракон со вздохом. — Но, думаю, тебе стоит начать с азов.

— С чего? — переспросила я, протягивая жадные конечности к книге и листая ее безо всякого трепета.

 — Ух ты! Да тут картинки!

— С алфавита, — неприятным голосом сказал Джалу, всем видом демонстрируя отвращение к просвещению юных бездарных отроков.

Приглядевшись, я поняла, что держу в руках самый настоящий букварь! Увы, ни большие, красиво выписанные буквы, ни странные картинки напротив каждой из них мне ни о чем не говорили.

— Знаю, это дракон! — Я ткнула пальцем в изображение ящерицы с длинной, снабженной острым гребнем шеей и таким же хвостом.

— Вообще-то, василиск… — Джалу смотрел на меня, как на ходячую атрофию мозга.

 — Драконы крылаты, если ты еще не заметил. И гораздо крупнее.

Закусив губу, я вернулась к разглядыванию картинок. Толстая красная лягушка, усыпанная крупными бородавками, напротив — непонятный иероглиф; жестяное ведро с кривой Дужкой, напротив — непонятный иероглиф; симпатичная розовая хрюшка, напротив — ясное дело, непонятный иероглиф… Не выдержав, я взорвалась:

— Но я ничего не понимаю!"

"Застонав, дракон зачем-то схватился за голову, несколько раз прошелся взад-вперед.