Тяжело дышала и на Арона смотрела с всепоглощающей ненавистью. Своих слов не боялась. Точно так же, как не боялась боли и принимала этот гнев.

Он больше не смотрел на меня. Сжав сигарету зубами, начал обратно надевать ремень, словно меня больше не существовало. Будто я была никем. С той девушкой он обошелся грубо. А со мной, будто я вообще не была человеком. Циничное, жуткое чудовище.

Я смотрела на него. На пальцы, которые лениво продевали ремень в петли штанов и только в этот момент заметила то, чего раньше не видела. На тыльной стороне левой ладони был небольшой крестик, похожий на шрам.

Это проклятие. Арон проклят. Такими шрамироваными крестами высшие темные маги отмечали того, кого прокляли. Об этом мне рассказывал мастер Эдергар. Но высших темных магов уже давно нет. Их всех несколько столетий назад искоренили и абсолютно всех убили. Поэтому я отбросила эту мысль в сторону. Навряд ли это проклятие. Скорее всего, просто шрам.

Больше ничего не говоря, Арон пошел к двери, а я, смотря на его отдаляющуюся спину, думала о том, как же я его ненавидела. Никогда не забуду того, что Арон сделал. Никогда. Не забуду и не прощу.

Я встала на ноги. Кожу на попе жгло и я догадывалась, что скоро там появятся синяки. Приложив ладонь к больному месту я поплелась прочь из аудитории. Опять сходила в купальню и умылась холодной водой. Собиралась зайти в класс зелеварения и там кое-что сделать. С помощью зелья хоть немного подправить свою ситуацию. Да, рискованно. Да, может не получиться. Но я буду делать все, лишь бы стать сильной. Чтобы мне не было стыдно перед учителем.

Как же сильно я хотела опять увидеть Эдергара.

Пока шла в класс зельеварения, встретила Онура.

— Тебя искали пятикурсники, — сказал он мне. — Расспрашивали не видел кто девушку со шрамами на лице.

— Ясно, — ответила сухо.

Догадывалась, что это, возможно, Релив меня искала. Или незнакомец. Кстати, близился комендантский час. Скоро сработает призыв. Мне следовало поторопиться и к назначенному времени нарисовать руну, которая не позволит незнакомцу тронуть меня.

— У тебя что-то случилось? — спросил он, нахмурившись.

— Ничего, — я качнула головой. — Но ты был прав. К Арону приближаться нельзя.

— А ты сразу этого не поняла? Да его из темницы лучше не выпускать.

Я слышал, что в прошлом году, когда Арон был на четвертом курсе, он при всех превратил пятикурсника в кровавое месиво, лишь за то, что тот сказал, что после выпуска найдет его невесту и попользуется ей. Тот пятикурсник еще был из какой-то знатной семьи, а Арон после такого недолго посидел в темнице. Всего лишь месяц в темнице, а, как я слышал, изуродованное лицо и искореженные руки и ноги того парня уже никакая магия не спасет...

— У Арона есть невеста? — я зацепилась за эти слова.