Я к научному руководителю заскочу, — сказал он и, поцеловав на прощание, ушел.

— Пойдем, я тебя провожу, — вызвался Страж. Пусть теперь никто сильно не был бы удивлен, увидев меня с Севером, ведь мы все время общались «парами», лишних поводов для слухов я старалась не давать.

— А ты чего диплом не пишешь? — спросила, пока мы медленно, будто прогуливаясь, шли по территории Долины.

— Да у меня все по стандарту, без заморочек, — ответил Антон. — Это Север большой проект мутит. Весь Восточный корпус на ноги поднял.

— Восточный корпус? — удивленно переспросила я. Карточная Долина от основания являлась техническим университетом, но с приходом сюда больших денег, разделилась на Восточный и Западный Корпуса. Восточный так и остался техническим, именно там по большей части и учились стипендиаты, а Западный превратился в кафедру бизнеса и экономики. — Я думала он учится на какого-нибудь управленца.

— Не хочу тебя расстраивать, но нет. Строительство мостов и металлоконструкций.

— Ого, — удивилась я. — А чем занимается фирма Виктора?

— Как бы неожиданно это не звучало, но мостами и металлоконструкциями. Вы вообще разговариваете? — рассмеялся Антон.

Я покраснела, шутливо его оттолкнув.

— Мы просто ни разу эту тему не поднимали.

— Конечно, — довольно ответил он. — Я именно так и понял.

К этому моменту мы дошли до границы Карточной Долины. Антон, встав напротив, засунул руки в карманы толстовки.

— А Адель? — спросила я. — На каком она факультете?

— На архитектурном.

— Ух ты, прямо-таки день открытий. Она наверняка очень красиво рисует.

— Очень. В том и проблема.

Он облокотился на забор, словно не желая об этом говорить.

— Но разве это не прекрасно? — не совсем понимая, спросила я. — Она сможет заниматься тем, что действительно любит.

Но Страж ничего не ответил.

***

Часы на телефоне издевательски показывали пять. Солнце уже начало подниматься, освещая косыми лучами длинные коридоры академии. Но мне не хотелось верить, что пора. Еще один из парадоксов любви. Парадокс времени.

Минуты рядом с Виктором пролетали просто с немыслимой скоростью. Их всегда казалось мало, и неважно, что бы мы не делали.

Вечером, к примеру, попытались помыть кота. Но кажется, кот нас урыл. Обоих. Потому что спустя полчаса попыток засунуть его под душ, мокрым было все вокруг, кроме этого пушистого засранца, который, забился где-то под лестницей, чтобы стать еще грязнее, чем был.

Зато остались мы, мокрые, друг напротив друга посреди ванной комнаты.

— Кажется он приказал поцеловать его в мохнатый зад, — произнес Виктор, сдавшись.

Он стоял, облокотившись на кафельную стенку. Слегка уставший, с легкой небрежной растрепанностью в волосах и царапинами от кошачьих когтей на запястьях.