— А как тебе кажется?

Тишина, только потрескивают поленья в камине.

— Я думаю, ты специалист, Клаус. Психолог. Ты служишь в ОКС и занимаешься фаата. Наверное, ты знаешь о них больше всех на свете… — Пауза. — Наш разговор касается бино фаата?

— Правильный вывод, мой мальчик. Бино фаата, Эби Макнил, твоей матери, Павла Литвина, Рихарда Коркорана и тех дней, которые они провели пленниками в чужом корабле. Ну и других любопытных моментов и забавных личностей вроде Гюнтера Фосса, спасителя Земли… Здесь, на этом диске, полный отчет о случившемся, и ты его просмотришь, когда я уйду.

Но сначала мы поговорим… Скажи, ты замечал за собой что-нибудь странное?

— Странное? Нет, Клаус… пожалуй, нет.

— Нет? Я подскажу тебе, Пол. Тебя не удивляет, что ты говоришь на фаата'лиу?

— Ты тоже на нем говоришь.

— Мне сделали операцию, сложную операцию на гортани. Видишь ли, Пол, голосовые связки, нёбо и язык у бино фаата устроены чуть иначе, и люди Земли просто не в силах овладеть необходимым произношением. Только мы с тобой, если не считать особых трансляторов-вокодеров… Но это не самое главное… не самое главное для тебя.

Важнее другое. Я замечаю, что ты улавливаешь смысл незаконченной фразы, а иногда — невысказанную мысль. В последние годы, когда ты вступил в пубертатный период, все чаще и чаще… Ты не думал, как это получается? Не вздрагивай, в этом ничего плохого нет. Такой уж у тебя дар, мой мальчик.

— Клаус, теперь я понимаю, о чем ты говоришь. — Пауза. — Клаус… мне страшно, Клаус…

— Ты не должен бояться. Это не уродство, Пол, это, так сказать, наследственный дар. Ну-ка напрягись, загляни в мое сознание, прямо в мозг… Сколько там извилин у старины Клауса? Пяток наберется?.

. Ну вот, ты уже улыбаешься…

— Оттого, Клаус, что мне стало еще страшнее. Наследственный дар? Почему наследственный?

— Потому что Рихард Коркоран не был твоим отцом. Я объясню тебе… сейчас объясню… ты только внимательно слушай…

Смоленск, зима 2102 г., усадьба в микрорайоне Холмы— Мама, Клаус сказал мне…

— Я знаю, о чем сказал Клаус, и не хочу об этом говорить. Ты мой сын, Пол, плоть от плоти, кровь от крови… Этого достаточно.

— Конечно, мама. Но я все-таки спрошу… нет, не о том, что с тобой сделали на корабле, я про другое. Клаус дал мне отчет, и там было про метаморфа, про этого Гюнтера Фосса… Это не выдумки? Ты сама его видела?

Вздох облегчения.

— Видела. Своими собственными глазами.

— Расскажи!

— Дядя Павел знает больше. Когда он вернется…

— Когда он вернется, я его спрошу, но ты тоже должна рассказать! Откуда он взялся, этот Фосс, и как он выглядел? И что он делал? И почему он…

Смоленск, март 2105 г.