Если постельное тряпьё будет плохо постирано, накажу. Если что–то не устраивает, первым же караваном обратно в Ульяново к отцу отправлю. Поняла, Леся?

Заморгала часто, насупилась.

— Я как наказываю, так и поощряю, — решил сбавить обороты. — Если будешь стараться, не поскуплюсь на подарки. И это… прикрой свою красивую грудь, неприлично и непристойно.

Сглотнула слюнку, обняла свои сиськи, но сильно прикрыть не вышло. Вот же дойки отрастила. У этой побольше, чем у Леночки.

Молчит, хмурая.

— Я тоже без мамки и без папки, — ворчу. — Всё один начинал с избы кривой. А теперь город строю.

И мне нужны помощники, а не слишком умные бездельники, ясно?

Кивает, глаза заблестели, как у ангела воплоти. Похоже, обиделась.

Махнул на неё и в дом пошёл. Но только на крыльцо поднялся за воротами суета. Кони, повозка какая–то, прямо там спрыгивают."

"Это Пересвет нагрянул, да ещё и с Дарьей! И вот так сюрприз: с ними рыжий Горыня явился — не запылился. На повозке, похоже, и жену новоиспечённую привёз, кажется, Малушей зовут. Рассмотрел её сразу и вообще не понял, что он в ней нашёл. Хотя есть такая категория молодых людей, которые любят крупных и страшненьких.

А толстуха ещё так смотрит с хитринкой и задором на постовых, будто она красавица неписаная.

Сам выскочил за ворота. Поздоровался с Пересветом за руку. Дарью обнял горячо, потому что уже соскучился. Она в ответ в щёку поцеловала, отпряла нехотя. Две медные косы, щёки румяные, глаза изумрудами горят. Ух, невеста.

Жаль, что мало видимся, но она нужна в Сосково, как один из самых доверенных моих людей. На ней главный транспортный узел и финансовые вопросы с местными. Тот же глуповатый витязь Руслан при ней — просто охранник.

Помимо дружины в три дюжины.

У обоих моих друзей вид встревоженный. Но они ждут, пока я с рыжим загулявшим богатырём разбираюсь.

Горыня поприветствовал меня после всех скромно, глазки не поднимая свои бесстыжие. Познакомил с женой, которая даже исполнила полу–реверанс, заулыбавшись и раскрасневшись.

— Ну и где ты пропадал? — Спросил я уже с претензией.

— В таверне сосковской, — вмешался Пересвет и рассмеялся. — Дарья, что мамка, кружку отобрала у раскрытой варежки и поджопниками сюда.

— Загулял, барин, прости дурака, — стал каяться детина, не обращая внимания на подколы юмориста.

Ну вот что с него взять⁈

— И чего от меня теперь хочешь? — Спрашиваю строго.

— Изба нужна, Малуша на сносях, — выпалил. — А я служить тебе за это буду.

— Какой простой, — огрызаюсь. — Я за тебя все долги выплатил и имя доброе вернул, так?

— Так, — ещё глубже вжал голову витязь.

— А ты мне условия тут ставишь, — хмурю нос. — Что за наглец.

— Прости, барин. Если скажешь, на любую нечисть пойду, но Малушу мою сбереги, — заблеял и на колени уже собрался падать, магичка придержала.