Сами застрелятся или остальных сдуру перестреляют. Люди науки!

– Это точно, – усмехнулся в ответ Максим. – Как поделим?

– Первая половина моя. Рассвет в пять десять, так что в два ночи разбужу. Ложись.

– Сам-то уснуть не боишься? Всю дорогу на ногах, – зевая, протянул Максим.

– Я ночная птица. Как в том анекдоте. Еж птица гордая – пока не пнешь, не полетит.

– Это ты к чему? – не понял доктор.

– Да так, каламбурю, чтобы настроение поднять, – грустно улыбнулся Алексей.

– Ясно. Тогда отвали. Я уже сидя сплю, – и доктор еще раз смачно зевнул.

Усмехнувшись, Алексей оставил его в покое и, поправив ремень автомата, медленно пошел по периметру лагеря. То и дело поглядывая в чернильное ночное небо, он пытался заметить огни пролетающего вертолета. Эта птичка беспокоила его больше всего. Еще свежи были воспоминания о том, как легко обнаружить и уничтожить с воздуха пехоту. Благо в прошлый раз он был в роли охотника.

Ночь прошла спокойно, и с рассветом доктор разбудил Алексея, бесцеремонно тряхнув за плечо. Разом проснувшись, Алексей вскинул голову, чтобы прогнать дремоту и, усевшись, с ходу спросил:

– Чай горячий?

– Умывайся. Уходить пора, – усмехнулся Максим.

Быстро ополоснув лицо из фляжки, он в три глотка выпил кружку горячего сладкого чая и, скатав спальный мешок, внимательно оглядел остальных участников похода. Не привычные к долгой ходьбе люди, страдальчески морщась, сворачивали лагерь, пытаясь делать вид, что чувствуют себя нормально. Мрачно покачав головой, Алексей обратился к доктору:

– У тебя ничего нет, чтобы эту толпу хоть чуть-чуть взбодрить?

– У меня же не спецназовская аптечка, – пожал плечами Максим. – Обычный набор первой помощи. Даже серьезную операцию не сделать.

– Ладно, переживут. Не сахарные, – махнул рукой Алексей, закидывая рюкзак за спину.

– Переживут, – согласно кивнул Максим. – Ты профессора уже проверил?

– Черт, забыл, – охнул Алексей и, подхватив автомат, рысью помчался к шефу.

Несмотря на отсутствие помощника, Васильев сумел самостоятельно скатать спальник и привязать его к рюкзаку, и теперь с кряхтением закидывал готовый рюкзак на плечи. Алексей придержал тяжелый рюкзак и, озабоченно заглянув в лицо профессору, тихонько спросил:

– Как вы, Олег Борисович?

– Почти нормально, Лешенька, – улыбнулся Васильев. – Ноги вот только с непривычки болят. И спина. Старый совсем стал.

– Потерпите до следующей ночевки. Вечером я вам массаж сделаю – к утру как новенький будете, – пообещал Алексей, пытаясь приободрить старика.

Благодарно улыбнувшись, профессор с тихим стоном выпрямился и, похлопав его по плечу, ответил:

– На вас наша безопасность, Алеша, так что сосредоточьтесь на главном. А я как-нибудь дотерплю до цивилизации. Не такая уж я развалина.