- …А потом дельфин ка-а-ак подлетит ввелх! - воскликнула Тася.

- Нас даже облызгало! - засмеялась Соня.

- А потом дяденька встал на его спину, и…

- И поехал на нем, пледставляешь?!

- И даже не упал!

- А потом мы пошли есть моложеное.

- Мне папа купил банановое.

- А мне шоколадное.

«А я», «а мне», «а потом», - и так далее и так далее, аж до самого дома.

А затем Матвей позвонил Алине и сообщил, что девочки легли в кровати и вырубились ровно за полминуты.

***

Ночью на Алину нахлынуло очень странное чувство. Впервые за несколько дней она признала: возможно, появление Матвея в жизни девочек вовсе не зря?

Видя и слыша, как он проводит с ними время, Алину начал отпускать страх, и даже наоборот - в груди поселилось чувство, что она может выдохнуть и возложить часть своей ответственности на его плечи.

Алина привыкла быть начеку, всё держать под строгим контролем, всегда быть на связи с воспитателями, с логопедом, с педиатром.

За пять лет она отрастила глаза на затылке: всегда видела, если Тася или Соня упали, высоко залезли, шли прямо в лужу, подавились, погрустнели, и так далее - вплоть до самой малюсенькой царапинки на теле девочек.

А теперь у них появился еще один родитель. А значит, еще одни глаза и уши.

Ах да, и еще один кошелек, что уж греха таить.

Алина прекрасно помнила, как зачастую не могла сдать в садике на театр, свозить девочек в музей, как выгребала последние рубли на сладкую вату, когда они гуляли в парке. А про океанариум и аквапарк, в который Матвей планировал отвезти девочек на следующей неделе, она и мечтать не могла.

«Дети счастливы, и это главное, - пересматривая фото, улыбнулась Алина. - В конце концов, вместе мы можем дать им гораздо больше, чем я одна».

Правда, было бы еще замечательней, если б у Матвея была какая-нибудь другая невеста.

Алина прекрасно понимала: Лисова всегда будет где-то поблизости, а значит, ей нужно держать руку на пульсе.

«Интересно, что это за история, в которой Матвей чуть ли не угробил ее? - укрываясь одеялом, задумалась Алина».

Закрыв глаза, она прокручивала в памяти разговор Матвея с его матерью и сгорала от желания узнать, за что он чувствует вину перед Настей.

«Получается, мама Матвея не особо-то и любит ее…» - едва заметно улыбнулась Алина, и вспомнила, с какой теплотой относилась к ней добрая и лучезарная Ольга Сергеевна.

Раньше они постоянно созванивались, делились рецептами, ходили друг к другу в гости. Ольга Сергеевна была для Алины второй мамой. И именно по ней она больше всего тосковала после расставания с Матвеем.

И да, она бы с большим удовольствием встретилась с ней и познакомила ее с внучками.

Алина представила:

«Переедем в Подольск и вместе с Ольгой Сергеевной будем гулять с девочками.