Сама же отправляюсь в салон, где мне три часа делают прическу и макияж.

Я выгляжу своей журнальной версией, когда со мной заканчивают. Я всегда могу найти в себе недостаток, если захочу, но сейчас выгляжу даже лучше, чем рассчитывала.

Мне нравится прическа, нравится макияж. Он сделал глаза яркими, а прическа открывает шею и плечи, как раз для того, чтобы моя поднятая корсетом платья грудь получила максимум внимания.

Осадчий это оценит.

Закусив изнутри щеку, я смотрюсь в зеркало в полный рост. Я выгляжу даже стройнее, чем есть на самом деле, если рассматривать мою худобу, как стройность, конечно же. И я отдаю себе отчет в том, что вот так стараюсь я не для Данияра.

Мной движет черное змеиное желание увидеть лицо Толмацкой, когда она поймет, что ее поимели!

Моя неприязнь к ней не поддается логике. Я хочу, чтобы мне было на нее плевать, даже себе не могу признаться в том, почему она так меня бесит…

Я резко отворачиваюсь от зеркала. Как раз в этот момент слышу шум въезжающей во двор машины, и сегодня я не собираюсь заставлять Осадчего ждать. Двух минут общения с моей матерью ему вполне хватит. Я не хочу, чтобы они общались дольше, хотя общение у них всегда идет на ура.

Он смог бы поддержать разговор даже с трупом.

Дом сотрясает звон дверного замка.

Я быстро забрасываю в сумочку помаду и ключи от дома. Хватаю телефон и выбегаю из комнаты, даже не прикрыв как следует дверь.

Дан поднимает взгляд, когда я появляюсь на лестнице. Мое появление пропустить нельзя, я стучу каблуками, как молотком.

Он смотрит на меня, замолкнув на полуслове. Моя мать тоже оборачивается.

Все-таки, мне стоит поблагодарить Толмацкую за выбор платья, оно явно одно из самых у меня удачных.

Взгляд Данияра поднимается вверх по моим ногам, когда останавливается на лице, Осадчий все еще молчит. Сам он одет в белую рубашку, которая заправлена в джинсы, и я такой выбор полностью одобряю.

Я люблю когда он такой… слегка официальный. И… очень горячий.

Я смотрю на него, пару секунд просто смотрю… в его глаза и на него всего. И где-то глубоко под кожей у меня фейерверки. Как в тот день, когда я увидела его снова спустя кучу лет…

— Может, я вас сфотографирую? — выносит моя мать предложение.

— Не надо… — тут же взмахиваю я рукой.

Но Дан уже достает из кармана телефон и протягивает ей.

— Ага, супер, — произносит он, кивая.

Я не хочу тратить энергию на то, чтобы спорить по мелочам, но посылаю ему взгляд с претензией. В ответ он протягивает руку и ловит меня, обняв за талию. Крепко. Прижимает к себе. Крепко и тесно. Одновременно с этим прижимается губами к моим волосам чуть выше виска, делает вдох…

— Вау… — тихо произносит Дан мне одной.

Я тоже тяну носом его запах. На секунду веки смыкаются."

"В последнее время что-то происходит. С ним, со мной.