Гром сметает свою еду в считаные секунды и жалостливо смотрит на нашу.

Выбегаем мы в коридор всей веселой компанией за две минуты до урока каллиграфии. И, понятное дело, опаздываем. Запыхавшись, забегаем в классную комнату, когда там уже сидит отчего-то ужасно довольный Грэм, а возле стола стоит лорд Говелиц.

— Ну надо же, к нам пожаловала няня. Что бы мы без вас делали, правда? — язвит учитель. — А это еще что за чудище вы притащили? Это урок, или зоопарк? Мало было ребенка, который постоянно отвлекает, так вы еще привели животное? Вы хотите сорвать урок?!

— Нет, не хочу. Но я не могу оставить щенка одного, он будет шуметь и… — забываю, что хотела сказать, потому что только сейчас замечаю на учительском столе ту самую сухую травку, вызывающую галлюцинации, которую мы вчера купили.

Сейчас она ярко зеленая и выглядит очень сочной. Я ее сюда не приносила и абсолютно точно — не поливала. Перевожу взгляд на довольного Грэма. Вот, блин!

Глава 14

— Грэм, можно тебя на секунду? — стараюсь улыбнуться как можно более натурально.

— Нет, нельзя! — влезает учитель каллиграфии. — У нас уже идет урок! Что вы себе позволяете?

— Лорд Говелиц, мне кажется, вы слишком резки с дамой, — вмешивается Грэм, впервые за меня заступаясь.

Мы с учителем поворачиваемся к мальчику с одинаково отвисшими челюстями. Грэм подходит ко мне и незаметно сует в руку бутылочку, судя по всему, с противоядием. Он же подходит к Даше и дает ей остатки из своей емкости, правильно рассудив, что подобные вещи обычно рассчитывают на килограммы."

"— Ваше Величество, займите свое место за столом, у нас сегодня новая тема! — гнет свою линию Говелиц.

Пожав плечами, усаживаюсь в дальнее кресло, чтобы быть максимально подальше от цветка. После противоядия, которое, кстати, вкусное, слегка сладковатое, даю Даше печенье, а Грому — мячик из игрушек дочери. Так, все заняты, можно выдохнуть.

Хотя… наверное, рано выдыхать. Попадает в поле зрения довольное лицо Грэма. Интересно, что он кроме травы приготовил? А-а-а… ясно. Классика.

Говелиц вырисовывает мелом на доске одну и ту же букву, с пеной у рта объясняя, что хвостик нужно писать на миллиметр длиннее, чем это делает Грэм, очень нетрудолюбивый мальчик. Усердия ему не хватает, а грамота не терпит легкомыслия! Ну и все в таком же духе вещает Говелиц, привычно вытирая об тряпку пальцы, выпачканные мелом.

И все было бы как обычно, но… Грэм, судя по всему, выпачкал эту ткань в чернила. Наверное, какие-то особые, проявляющиеся.