К ним подбегает высокий для своего возраста мальчик и дергает Дару за хвостик, тут же получает кулаком от Евы, не успев увернуться. Судя по фотографии в личном деле и общей фотографии, которую показывала мне дочь, это и есть Филипп Лебедев, сын моего бывшего мужа и, получается, брат Дарины."

"Стараюсь заглушить ядовитое чувство, рвущееся изнутри. Почему из всех школ в нашем городе Лебедев выбрал ту, где учится моя дочь?! Ведь с его связями и возможностями он мог ткнуть пальцем на любую элитную школу! Но он решил, что ребенок должен учиться по месту жительства! Еще один «подарок» судьбы: если бы я знала, что Лебедев живет в этом же микрорайоне, никогда бы не согласилась на переезд.

Мне необходимо зайти к Ольге Васильевне, у нее как раз будет урок у своего класса. Заставляю себя пройти против течения гиперактивных учащихся, как на меня налетает Филипп, который не видел, куда бежал.

— П-простите, — растерянно бормочет ребенок, застыв от неожиданности.

Смотрю в глубокие серые глаза, обрамленные густыми ресницами. Мальчик очень похож на Костю. В голове мелькает мысль, что в старших классах сыну бывшего мужа прохода не будет от девчонок, наверное, как и его отцу. Это сейчас Филиппу приходится привлекать к себе их внимание.

— Ты не ушибся?

— Н-нет… Извините, пожалуйста.

— Филипп, нужно быть осторожным, иначе ты можешь получить травму, — говорю ему серьезным тоном.

Мальчик распахивает глаза еще больше, и я стараюсь сдержать улыбку: он явно не ожидал, что его знают по имени. Это через год-другой, он будет задирать подбородок, и доказывать, что он ни в чем не виноват, а сейчас он пока не готов показать свой гонор.

— Лебедев! — строгий окрик Ольги Васильевны заставляет мальчика вздрогнуть. — Полина Аркадьевна, что он опять натворил?

— Ничего страшного, Ольга Васильевна. Можно вас на минутку?

Я отпускаю сына Кости, и тот несмело, а самое главное — шагом, идет к ребятам, которые косят свои взгляды в нашу сторону. Ну как же! Налететь на завуча тянет на новость дня! Уверена, что Филиппу уже придумали разные версии его казни.

— Ни на минуту нельзя оставить! — жалуется классный руководитель, когда мы заходим в кабинет, и она прикрывает за собой дверь. — И ведь родители — приличные люди!

Вздыхаю про себя: судить о ребенке только потому, какой статус имеют родители никогда не стоит.

— Евгения Александровна приходила? — спрашивает меня коллега.

На секунду зависаю, не понимая о ком идет речь, но потом вспоминаю, что так зовут маму Филиппа и жену Кости.

— Нет…

— Я так и знала! — восклицает Ольга Васильевна, на давая мне договорить.

— Приходил Константин Владимирович, — все-таки проясняю момент, но о том, что мы ни словом не обмолвились про мальчика, приходится промолчать.