Толкает двери и грубо выволакивает меня прочь из гостиной, быстрым шагом идёт по коридору к лестнице, затем наверх, шагает через две ступени. Я не успеваю за ним, но стальной захват его цепких пальцев у меня на плече не оставляет мне выбора.

У меня колет в боку. На одной из ступеней подворачивается нога, но лорд Армунд безжалостно дёргает меня и тащит дальше, дальше. Впервые он ведёт себя со мной так. Безжалостно и грубо.

Слёзы застилают глаза и копятся, копятся, копятся! Но я не даю им пролиться. Закусываю губу и поднимаю глаза наверх. Шмыгаю носом. Наконец, мы останавливаемся. Отчим распахивает какую-то дверь, и я только сейчас понимаю, что мы перед комнатой мамы.

Он вталкивает меня внутрь и входит сам. Мама поднимает глаза от вышивания и удивлённо смотрит на нас. Такая добрая, милая, родная.

Мамочка! бросаюсь к ней и прячу лицо у неё на коленях.

Только сейчас, за закрытой дверью, даю волю слезам. Чувствую её нежные руки у себя на волосах.

Что стряслось? спрашивает она испуганно и тихо.

Я не могу говорить. Давлюсь слезами, глотаю их, сдерживаюсь, чтобы не разрыдаться в голос. Зато словесный понос отчима не остановить.

Твоя дочь вздумала позорить меня! визжит он фальцетом. Она… она подумать только, что вздумала! Вздумала ослушаться! Она дерзила лорду Грейвуду! Грубила ему! Позор! Срам! Что он теперь подумает о нас? А? Это всё ты! Ты избаловала её! Если бы не лорд Грейвуд, я бы всыпал ей порцию розг, будь уверена!

Дорогой, успокойся! пытается сказать мама.

Как мне успокоиться? Как? Ты бы слышала эту мерзавку! Ты бы её видела!

Я продолжаю тихонько всхлипывать, зарывшись лицом в мягкую зелёную ткань платья матери, пахнущую лимонной вербеной.

Слышно, как отчим нервно ходит взад и вперёд. Как раздражённо и звонко стучат его каблуки по паркету. Он несколько раз шумно вдыхает и выдыхает.

Вразуми её немедленно! говорит чуть спокойнее. Пусть она спустится вниз и извинится перед лордом Грейвудом! Иначе, иначе…

Он не договаривает. Я вздрагиваю от громкого хлопанья двери, и только тогда поднимаю лицо. Тёмно-зелёные глаза матери смотрят с сочувствием. Она тянет меня за руки и усаживает рядом с собой на диван.

Протягивает кремовый шёлковый платочек с вышитыми на нём инициалами. Я высмаркиваюсь, тру глаза и спешу ей пожаловаться:

Лорд Армунд говорит, что послезавтра я выхожу замуж, голос дрожит, к горлу подступает икота. Представляешь?

С надеждой заглядываю ей в глаза, рассчитывая увидеть в них удивление, испуг, гнев, сочувствие. Но мама лишь улыбается:

Милая, все когда-нибудь выходят замуж. Такова жизнь.

Но… но не за тех, кого впервые видят! потрясённо шепчу я, всматриваясь в мать и понимая.

Она знала?! Знала…

Ты знала об этом? Знала и ничего мне не сказала?

Нет, милая, не совсем, качает головой и отводит взгляд.